— Вся ваша семья — убийцы, — смахиваю слёзы, глаза горят огнём от них, скорее всего веки настолько отекли, что даже моргать больно.

— Ты следующая, дочка, — Зулина даже внимания не обращает на мои слова, пребывая на своей волне. — Раз уж ты носишь наследника, то это тоже уже проблема. Мне не нужны лишние поводы в будущем. Бахтияр! — женщина зовёт своего сына. В комнату входят оба: Лайза и Бахтияр. Мужчина смеётся в голос и трёт руками, затем разминает шею, словно к бою готовится.

— Ну что, принцесса, — Лайза садится на стул, закидывая ногу на ногу. — Пришёл твой час.

— Амина, рухи Самира, — Бахтияр на зло проговаривает так, как обращается ко мне мой любимый мужчина.

— Не смей называть меня так, клоун! — рычу на него, обе женщины тихонько шепчутся между собой, ведут себя спокойно, словно ничего не происходит. Для них кажется все таким привычным и нормальным. Бахтияр подходит ко мне, по пути доставая острый длинный клинок. Перекидывает с одной руки на другую, играет со мной, запугивая ещё сильнее. Моя душа действительно в ожидании самого худшего, для меня и моего малыша. Вся эта компания сумасшедших отобрала у меня ценное, маму, отца, моего любимого и его отца. Нет никого, кто сможет дать отпор. Бедная Фатима, моя мачеха Рамиля — уверена на все сто процентов, что Зулина доберётся и до них, но сначала закончит со мной. Бахтияр приседает передо мной на корточки, проводит лезвием по лицу, а я замираю от страха, дрожь покрыла все тело. Мне так плохо, чувствую, что стошнит, но сглатываю позывы, смотрю в глаза этому гниде, который без своей матери не смог сделать ничего. Было ясно с самого начала, что у мужчины тонка кишка, чтобы суметь с такой тонкостью в деле провернуть механизм. Женщины сработали слажено, имея в арсенале свои собственные козни.

— Тебе нужно было только отказаться от Самира, и сейчас бы мне не пришлось тебя убивать, Амина, — убирает клинок от лица, и тут же разрезает верёвку на ногах, освобождая. — Вставай, рухи, — берет под локоть с грубостью, приставляя нож к животу. — Только посмей дёрнуться.

Бахтияр выводит меня на улицу, где в лицо тут же ударяет холодный воздух. Звёздное небо, словно соприкасается с песками вдали, всё именно так, как описывают в книгах, детально передавая эти незабываемые красоты. Бахтияр толкает меня вперёд, и споткнувшись, я падаю на колени прям перед каменным бугром.

— Здесь находится мой отец, — Бахтияр машет рукой в сторону могилы, от злости он часто дышит, и скрепит зубами. — Теперь и ты будешь лежать рядом с ним.

Нет сил сопротивляться или встать на ноги, закрываю лицо в ладони, расплакалась, что так всё закончится, без причины мы стали заложниками своей судьбы. Самир… Лишь эти мысли согревают мою душу, что я соединюсь с ним на небесах, где будет также рядом вся моя семья и наш малыш. Слышу, как Бахтияр достаёт пистолет, прицеливается мне в голову, нутром чувствую, что именно так. Он трус, что не может стрелять в меня лицом к себе, а действует со спины. Пески настолько ледяные и я пытаюсь в последние секунды впитать в себя ощущение жизни, прохлады и красоты природы. Уставилась вдаль, прошептав свои последние слова с замиранием сердца и прикладывая руки к животу, перед звуком выстрела.

— Самир, я люблю тебя.

Глава 17

Самир

Неважно, что случается в жизни, главное, с достоинством принять удары судьбы и отпустить этот груз, который давит на плечи, склоняет к земле, прогибает тебя. Это нормально. Если бесконечно сожалеть о содеянном, судьба вновь пронесёт тебя по самым извилистым дорогам, полных тернистых кустов и колючего забора. Получится замкнутый круг, вечно закольцованный и повторяющийся на одних и тех же моментах.

Всё ещё находясь в кабинете Макса, мы втроём пытаемся спрогнозировать следующий шаг Зулины и её приспешников. Так и знал, что Бахтияр ни на что не годный, но было шоком узнать, что тётка пошла против семьи, хотя статус и титул она сохранила, и всё-таки ей оказалось этого недостаточно, решала мстить, начиная с компании отца и заканчивая моей Аминой. Сжимаю руки ещё сильнее от злости и безысходности, ведь сейчас как провод оголённые, стоит прикоснуться к струнам души мгновенно искры полетят, задевая всех стоящих поблизости.

— Нам надо выкурить Джафара, отец, — настаиваю на своём. Мужчина всё ещё не может принять факт, что столько лет его правая рука была ему неверна. Ведь, Джафар по сути начинал этот сомнительный бизнес вместе с отцом, хоть сам потом отказался быть одним из учредителем, объясняя тем, что ему достаточно место директора. Отец никогда не настаивает, если человек не хочет — это его право. В итоге незаинтересованность Джафара была лишь отвлечением, чтобы никто не смог сразу заподозрить его в лживых намерениях. Подсылая бедолагу мальчишку, таким образом, прикрывал свой собственный зад, только не ожидал, что так скоро я сумею разоблачить этого парня.

— Какой у тебя план, Самир? — спрашивает отец, на лице выраженная усталость и отчаяние.