Читаем Запрети мне... полностью

Сегодня наше первое свидание, если это вообще можно назвать свиданием... И парень заехал за мной с опозданием на час. Что такое пунктуальность – определённо не знает.

– Тебе необязательно тратить деньги на мой досуг. Мы можем просто погулять, и ты быстро введёшь меня в курс дела.

– Окей, – с лёгкостью соглашается Матвей и заводит мотор.

Вновь смотрит на мой наряд. На мне обычные шорты и футболка. Принт на ней настолько выцвел, что невозможно различить, что именно там когда-то было написано. Парню явно неуютно от того, что рядом с ним такая простушка. Мне его даже жаль. Но мой мир не крутится вокруг брендов. И плевать, во что я одета. Мои родители рано умерли, но успели вложить в меня простые истины. Что человека только встречают по одёжке. И не всё то золото, что блестит. Позже улица научила меня выживать. Скитание по приёмным родителям научило быть тихой, почти незаметной. Ведь сложно обидеть того, кого даже не замечаешь...

Матвей плавно отъезжает от «моего» дома. На самом деле это не мой дом. По достижению восемнадцатилетия я смогу, наконец, переехать в квартиру, где жила с родителями. А пока проживаю с одной женщиной, которая пару лет назад оформила опеку надо мной. Она пожилая, и я нужна ей в качестве рабочей силы для помощи по хозяйству, но другого выбора у меня всё равно пока нет. Остаётся только считать дни до своего совершеннолетия. Их осталось всего восемь...

– Ты всегда носишь такие причудливые причёски? – интересуется Матвей, поглядывая на меня искоса.

Я ощупываю свой пучок на макушке, чтобы удостовериться в том, что нет в нём никакой причудливости. Мне кажется, полгорода носит нечто подобное. Смотрю на парня в недоумении. Он сбрасывает газ и останавливается на светофоре. Поворачивается ко мне лицом и, кивнув на пучок, поясняет:

– У тебя забавно торчат уши. И причёска выглядит несуразно. При твоей и так юной внешности делает тебя ещё моложе. Почему бы тебе не распустить волосы?

– А что плохого в молодости? – я игнорирую замечание про свои уши и подавляю порыв прикрыть их ладонями, но всё равно стыдливо краснею от своей неидеальности.

Матвей закусывает губу. Скрыв улыбку, продолжает говорить с предельной серьёзностью:

– Выглядеть молодо – это хорошо. Но ты выглядишь как маленькая. А это разные вещи... Давай же, Мира! Распусти волосы!

Хватаюсь за заколку, и тяжёлые пряди тёмным каскадом рассыпаются по моим плечам и спине. Последний раз мне подрезали волосы около года назад, и теперь они снова очень длинные. Привлекающие внимание. Я постоянно их собираю в пучок.

Убрав заколку в сумочку, откидываю пряди от лица и вновь смотрю на Матвея. Теперь он улыбается.

– Так намного лучше! Ты вроде как даже красивая.

Не могу не улыбнуться в ответ на этот нелепый комплимент. Я почти ни с кем не общаюсь, никогда не хожу на свидания и нечасто слышу комплименты в свой адрес. Оказывается, это приятно.

Мы продолжаем движение, а потом вновь останавливаемся на светофоре. Рядом с нами тормозит машина, которая сразу привлекает внимание Матвея. За рулём сидит парень, рядом с ним ещё один. На лицах обоих недоумение, а мой спутник сразу отворачивается и делает вид, что их не знает. Но они явно знакомы.

– Эй, друг! – окликает Матвея водитель из соседней машины.

Однако в этот момент загорается зелёный, и Матвей стартует с места так резко, что моё тело вдавливает в сиденье. Ловко маневрирует между машинами, быстро отрываясь от приятелей. А до меня доходит, из-за чего такая спешка.

Я! Дело во мне!

– Ты хочешь представить меня отцу, но боишься неодобрения друзей, – говорю себе под нос. – Это как минимум странно.

Матвей прекрасно меня слышит, но не отвечает и не смотрит в мою сторону. Потихоньку сбрасывает скорость, а через несколько минут паркуется возле парка.

– Пошли, – бросает сухо, открывая дверь.

Поспешно покидаю машину. Иду вслед за парнем, на ходу доставая заколку и вновь собирая волосы на макушке. Мне так комфортнее.

По парку мы идём так, словно незнакомы. Он немного спереди, а я – сзади, в полуметре от него. Останавливаемся возле пруда, и Матвей запрыгивает на низкий парапет, отделяющий нас от воды. Бросив взгляд на мою причёску, недовольно морщится. Что ж... Я действительно не соответствую общепринятым критериям красоты, но он же сам меня выбрал...

Прислонившись к ограждению животом, смотрю на воду. Она кажется прозрачной настолько, что можно разглядеть там мелких рыбёшек.

– Я уехал от друзей, потому что не хочу объяснять им свою ситуацию, – внезапно Матвей даёт пояснение своему поступку. – На чёртовом званом ужине будут друзья отца, а не мои друзья.

– Ясно, – отзываюсь, всё ещё разглядывая воду. Чувствую взгляд парня на своей щеке. – Хотя нет, не очень ясно, – пристально смотрю на Матвея. – Ты мог просто поздороваться с ними. В твоей машине может сидеть кто угодно. Своим поступком ты привлёк ненужное внимание. Теперь они точно захотят знать, кого ты так тщательно скрываешь.

– А ты типа самая умная, да? – бросает он с вызовом.