Нам нет нужды ни очернять, ни обелять Сталина. Нам просто нужно знать о нем всю историческую правду.

Я принадлежу к числу людей, которым кажется, что знакомство со всеми историческими фактами, связанными с деятельностью Сталина, принесет нам еще много тяжких открытий. Я знаю, что есть люди, считающие наоборот. Но если так, если эти люди не боятся фактов и считают, что вся сумма исторических фактов, связанных с деятельностью Сталина, будет говорить в его пользу, то они не должны бояться ознакомления со всеми этими фактами.

Поскольку в партии и в стране продолжаются споры вокруг этой проблемы, — и не надо закрывать на это глаза, — мне кажется, что было бы правильным выделить на XXIII съезде партии комиссию из партийных деятелей и коммунистов-историков, которая последовательно и объективно изучила бы все основные факты деятельности Сталина во все ее периоды и в определенный срок представила бы на рассмотрение Пленума ЦК свои предварительные выводы. Понимаю, что мы живем не в безвоздушном пространстве и что часть этих фактов, может быть, еще ряд лет придется сохранять как партийную и государственную тайну. Но основные выводы такой комиссии, исходящие из объективного изучения всех фактов, как мне кажется, будет правильным в той или иной форме довести до всеобщего сведения.

Может быть, я ломлюсь с этим письмом в открытую дверь и только отнимаю у Вас время — тогда простите.

Уважающий Вас Константин Симонов

23 марта 1966 г.».

АПРФ. Ф. 80. Подлинник. Машинопись, подпись — автограф.

На XXIII съезде эту тему не поднимали. И на последующих тоже. Почему невыгодную для ниспровергателей Сталина сторону его деятельности так тщательно укрывали в тайниках спецхранов? Может быть, потому, что первоисточники пролили бы свет на подлинную подоплеку событий, и они предстали бы перед современниками не в искаженном многочисленными интерпретаторами виде?

Давайте заглянем в эти документы.

Глава 2

ПИСЬМА СТАЛИНУ. ИЗ ЕГО ЛИЧНОГО АРХИВА

А. В. Луначарский: «Не забудьте меня…»

Весна 1925 года. В партии продолжается дискуссия по поводу статьи Л. Д. Троцкого «Уроки Октября». Рядовые малограмотные коммунисты от станка, вступившие в РКП (б) по «ленинскому призыву», мало что смыслят в происходящем. Не только им многое не ясно, трудно разобраться даже таким фигурам, как нарком просвещения А. В. Луначарский. И он обращается с письмом к И. В. Сталину.

«1 апреля 1925 года

Сов. секретно

Дорогой

Как, вероятно, и многие другие, — я нахожусь в странном положении. Все-таки я числюсь членом Правительства РСФСР, а между тем я ничего не знаю о происходящем в партии. Слухи же носятся вихрем, разнородные и противоречивые.

Однако дело не в том, чтобы я просил Вас указать мне путь для действительной информации. Я хочу написать Вам, что я всегда готов исполнить любое парт, поручение и в меру моих сил, скромных, но и недюжинных. При этом я издавна привык считать Вас, среди вождей наших, самым непогрешимо чутким и верить в Вашу стальную «твердую гибкость».

Я не навязываюсь партии. Ей лучше видеть, кого как использовать. Но в большом деле можно забыть то или иное. Напоминаю — Вы можете располагать мною безусловно. С комм, приветом

А. Луначарский».

АПРФ. Ф. 45. On. 1. Д. 760. Л. 150–150 об. Автограф.

На письме нет сталинской резолюции. В деле сохранилась заверенная заведующим бюро Секретариата ЦК РКП(б) Л. 3. Мехлисом машинописная копия. В правом верхнем углу пометка:

«ПБ. Архив Сталина. Мехлис. 1/III». Но это письмо, наверное, повлияло на решение Сталина принять закрытое письмо местным партийным организациям с разъяснением сущности разногласий в верхушке партии, которое и было принято 26 апреля 1925 года Пленумом ЦК РКП(б), подведшим итоги внутрипартийной дискуссии.

А. И. Рыков: «Гриша на нее ответит…»

В начале февраля 1926 года вышла отдельной брошюрой работа И. В. Сталина «К вопросам ленинизма», в которой он полемизировал с Г. Е. Зиновьевым по основным вопросам теории и практики строительства социализма. На нее откликнулся А. И. Рыков — член Политбюро ЦК, председатель СНК СССР и СНК РСФСР.

Письмо — на бланке председателя Совета Народных Комиссаров СССР.

«6 февраля 1926 года.

Строго секретно

Тов. Сталину