Читаем Запределье полностью

Вновь я порадовался своему недавнему выбору. Строгус, похоже, четко знал, что такое хорошо и что такое плохо, плюс не отличался либеральностью взглядов и всепрощением.

Воры должны сидеть в тюрьме!

Это означало, что по отношению ко мне дворецкий не испытывал негатива – иначе хренушки удалось бы мне зазвать его в личные слуги. Вот и отлично – лучшего воспитателя для дочери не найти.

Почему воспитателя?

Да потому что я не собирался просто и тупо отдать дочурку в первый приглянувшийся светлый храм, а потом лишь навещать ее время от времени с маской заботливости на лице и широкой отеческой улыбкой. Фигу! Будет расти как нормальная дочь! Станет богиней – отлично. Не станет – еще лучше! Выращу ее нормальным человеком, выдам замуж за хорошего парня, не забуду о большом приданом и высказанной хриплым шепотом угрозе отрезать счастливцу самое дорогое и сокровенное, если обидит мою кровиночку словом или делом.

В общем, я жажду стать заботливым папашкой-параноиком!

Шутка, конечно, но в каждой килотонной шутке есть только пять граммов шутки, а все остальное правда.

План действий у меня был прост, как полено, и оформился буквально в течение часа. Мысль зародилась, когда я услышал про разваленный кем-то храм, а пока жадина бургомистр пичкал меня разными историями и заверял в своей честности, мысль развилась в законченный план. Почти всегда и почти все в обоих мирах упирается в ресурсы. Вот и в этом случае я начал бодро плясать от факта, что уже довольно состоятелен – не по столичным меркам, разумеется, но по меркам не самого захудалого городишка в Озерном крае я очень даже при деньгах.

Я пожертвую нехилую сумму на восстановление храма, я заверю жрецов в своем самом глубоком уважении, налажу связи, а потом представлю им дочурку. Тут-то у них глаза на лбы и повылазят.

Просто и легко, да?

Но нельзя забывать о злоумышленниках самых разных мастей и калибра. Они опасны.

И посему моя вторая точка опоры – жадный бургомистр. Его надо неспешно прикормить и превратить в личную золотую рыбку, выполняющую мои желания и забывающую все через три секунды.

Третья моя опора – личный гарнизон. И начнется он со Строгуса и выбранных им слуг. Позже к ним добавятся еще воины, и под конец я введу в город еще с десяток-другой воинов.

Четвертая моя опора традиционна: мой дом – моя крепость! От этого и будем плясать. Я выкуплю один из городских домов и превращу его в хорошо защищенное место, причем здесь мне понадобится помощь. Черт, время поджимает, план сложился как раз тогда, когда лишнего времени нет вовсе.

– Ушел, – с огорчением, но вроде бы и с облегчением заметил дворецкий, оглядывая улицу с обеих сторон, огражденную высокими коваными заборами. – А табличка пропала! Вот здесь была медная табличка с родовым гербом! Замысловатый такой герб, древний, квадратный и с вязью двуцветной, похожей на лабиринт. А над вязью имя родовое то ли «Тантор», то ли «Тантар» находилось! Была табличка, висела себе спокойно! И нет! Оторвал и украл! А как теперь прохожие адрес узнают? Заблудятся! Пропадут! А кто виноват? Вор виноват! В тюрьму его!

– Надо найти. Не табличку, а приключенца, – вздохнул я. – И быстро. Как найдете – сразу и поручите этому вороватому чужеземцу задание.

– Велика ваша доброта, господин, чересчур велика. Может, постучаться и сообщить хозяевам, кто именно виновен в краже?

– Мы не видели вора, – не согласился я, и поджавший губы Строгус неохотно кивнул:

– Не видели. А без уверенности говорить нельзя. Ваш приказ будет выполнен. От имени кого дать поручение? От Росгарда Славного? Детали поручения? Сумма награды?

– Хм. От имени… м‑м‑м… таинственного благодетеля города Тишка. Детали поручения геройского – проникнуть в катакомбы под разрушенным древним храмом и найти причину исчезновения строителей. По нахождении причины – ликвидировать ее. Если пропавшие строители обнаружатся живыми – по возможности спасти и препроводить на поверхность. За спасение каждого из строителей по десять процентов от общей суммы награды. Сумма награды, если герой возьмется прямо сейчас, – в пятикратном размере от назначенной городом награды. Если возьмется завтра – в трехкратном. Но, Строгус, надо постараться, чтобы уже сегодня этот чужеземец взялся за дело и ушел под землю, в темные катакомбы.

– Да, господин. Чтобы уже сегодня ушел он туда, а мы бы вход и замуровали, кхм-кхм… А если этот прощелыга-вор аванс затребует? В морду наглую его плюнуть и послать туда, куда добрые люди не ходят?

– Аванс дать, – покачал я головой. – Пятую часть. А также намекнуть, что если поручение мое будет выполнено особенно тщательно и быстро, то будет и дополнительная благодарность. На мое усмотрение.

– Хорошо. А ежели он аванс возьмет, а за дело не возьмется?

– Если пропадет и через сутки не объявится – подавай жалобу местной страже.

– Отличное решение, господин! А даже если задание выполнит, то мы опять же его страже сдадим – чтобы воровать неповадно было!

– Главное, чтобы взялся, – напомнил я. – И еще – пошли кого-нибудь из самых расторопных слуг к местному картографу. Мне нужна самая подробная карта города.