Читаем Записки полностью

Когда я получил от бывших тех дворян, под моим начальством находившихся, рапорты и квитанции, тогда рапортом донес бывшему главнокомандующему VII областью кн. Ю. В. Долгорукому, рекомендуя их [к] обещанному награждению; он от меня рапорта не принял, сказав, что милиция кончилась. Я написал о том к министру внутренних дел кн. Куракину, который мне отвечал, что без рекомендации главнокомандующего он представить государю не может. Поэтому я решился утрудить самого государя следующим прошением:

Когда ВАШЕМУ ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ угодно было высочайше повелеть учредить земское войско, я имел счастье от дворянства избран быть начальником его в Казанской губернии и, наконец, вместе с отличными в представлении от главнокомандующего VII областью удостоился МОНАРШИХ щедрот, всемилостивейше пожалованных нам в чинах и отличиях. Из сего войска некоторые отряжены были для отвода ратников в Георгиевскую крепость и на Закамские оружейные заводы и при тогдашней распутице чрез столь великое расстояние более 4000 человек довели сохранно, лишась только бежавшими 14 человек, умершими 30-ти и оставя в лазаретах по дороге с небольшим 200 человек, что с похвалою засвидетельствовано г. Военным Министром в «Ведомостях» обеих столиц. Те из чиновников, кои находились в Георгиевске, удержаны были на долгое время по причине предосторожностей, там определенных, и как они, так и бывшие на Закамских заводах вместе с своими собратьями не получили ВЫСОКОМОНАРШЕЙ ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА милости, хотя трудами своими и истощением собственных доходов справедливое заслужили награждение.

Благодарность к сословию дворян, ввергнувших мне себя в начальство, и верноподданнический долг к службе ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА побудили меня испрашивать от главнокомандующего VII областью особливого о них представления, но он не принял сего на себя единственно потому, что комитет о милиции уже кончился, и позволил мне донести о не получивших награждение господину министру внутренних дел; сие исполня, принял я недавно уведомление его сиятельства, что оные чиновники в общем представлении главнокомандующего не внесены, то и не может уже о них сделать особого доклада.

ВСЕМИЛОСТИВЕЙШИЙ ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР! С чувством величия и снисхождения примите ревность верноподданного и ходатайство его пред освященным престолом ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА о моих собратьях, столь отлично исполнивших, по долгу своему, высочайшую волю, коих список, себя и представление мое повергаю к стопам ВАШИМ, ВСЕМИЛОСТИВЕЙШИЙ ГОСУДАРЬ, не находя уже других средств сделать их известными пред моим МОНАРХОМ.