Читаем Запечатанный полностью

Тот, растерянный, ошеломленный, повиновался беспрекословно, только тихо щелкнул затвор АКТ, наведенного на майора. Ежи вздохнул, но, заметив пустой взгляд Стрелкова, перечить не стал. Бессмысленно. Парень явно в шоке, в самом что ни на есть медицинском значении этого слова. И что он в следующую секунду вытворит, один дьявол знает… Эх, отобрать бы у него ствол… так ведь пальнет!

Сопровождавшая Стрелковых тем временем склонилась над Анной. Ее ладони скользнули вдоль тела девочки, замерли на секунду у двух рваных ран… и наемница, вдруг подхватив Стрелкову на руки, резко выпрямилась.

— Вячеслав, оговоренным маршрутом идти слишком долго, потеряем время. Я заберу Анну и пойду прямиком на точку, по пересеченке. Обещаю, максимум через сорок минут она будет у лучшего целителя, а до той поры мы с девочками ее точно удержим. Тебя, извини, взять с собой не могу, скорость хода упадет, можем опоздать. Номер твоего коммуникатора у меня есть, как доберусь до места — скину координаты для встречи. Все, я побежала.

Народ, собравшийся поглазеть на происходящее, раздался в стороны, когда наемница, вдруг ускорившись, вихрем помчалась прямо на толпу. Прыжок — и, перелетев через головы людей, ЛТК длинными скачками рванул вниз по бульвару. Секунда, другая, и темное пятно, мелькнув где-то в конце улицы, исчезло из виду. Успеет. Должна успеть. С такой скоростью она будет у аэродина уже минут через пять — десять. А там… успеет. Точно. Обязательно… Вячеслав перевел дыхание и тут его взгляд наткнулся на зашевелившееся под ногами наемника тело Герхарда. Рука сама собой повела ствол автомата вниз…

— Парень, ты бы ствол опустил, а? — по-прежнему спокойным, ровным тоном попросил Ежи. Вячко моргнул, оглянулся вокруг и… закинул АКТ на плечо. Не сейчас.

Стрелков развернулся и, ни слова не говоря, двинулся сквозь уже рассеивающуюся толпу зевак. Обогнул одного, другого… и словно растворился в воздухе. Новак, следивший за удаляющимся юношей, даже головой помотал, обнаружив, что потерял его посреди быстро пустеющей ратушной площади. Как так-то?

А в следующую минуту ему стало не до того. На площадь перед ратушей вылетела боевая платформа полиции, из которой горохом посыпались наряженные в штурмовую броню бойцы, моментально распугавшие даже самых упертых зевак, все еще крутившихся поблизости. И тут же у ратушной лестницы нарисовался фургон с характерной эмблемой клиники «ИнтерТех», из которого колобком выкатился не абы кто, а сам главный врач. Оглядевшись по сторонам в поиске потенциальных клиентов, он заметил валяющегося на парапете старика и, тяжело вздохнув, поспешил к нему…

В себя герр Баум пришел уже дома, в своей спальне. Где-то в гостиной хлопотала жена и слышался тихий рокот мужских голосов. Поморщившись от накатившей головной боли, Герхард сел на кровати и, окинув мутным взглядом утопающую в вечерних сумерках комнату, осторожно встал. Покачнулся, но, справившись с подступившей дурнотой, все же сделал шаг вперед. Еще один… До выхода из спальни хозяин дома добрался уже вполне уверенно.

— Очнулся, бузотер! — поприветствовал Герхарда устроившийся за столом один из гостей. Абрахам отсалютовал вошедшему в комнату оружейнику знакомой серебряной стопкой и лихо закинул ее содержимое в рот. Тут же обернулись и другие два гостя, сидевшие спиной к двери. Ежи и… Валдис. Баум нахмурился, пытаясь сообразить, что здесь забыл городской следователь и… схватился за голову. Ощущение было, словно ее засунули в колокол, а потом со всей дури жахнули по нему билом.

— Что… случилось? — медленно проговорил Баум, осторожно опершись плечом о стену, чтобы не упасть. Гости переглянулись. Валдис с Ежи тут же поднялись с лавки и, аккуратно подхватив под руки недужного оружейника, подвели к столу. Герхард опустился на стул и, откинувшись на его резную спинку, благодарно кивнул обоим.

— А что последнее вы помните, герр Герхард? — осведомился присевший рядом следователь, внимательно глядя в глаза хозяина дома. Тот нахмурился.

— Мм, мы поехали в ратушу… с майором, да? — повернув голову к недоумевающему Новаку, медленно проговорил Баум. — Зачем? Не знаю… не могу вспомнить. Голова гудит.

— И все?.. — вопросительно протянул Валдис, в голосе которого смешалось недоверие и ожидание… чего-то.

— И все, — отрезала неожиданно появившаяся в комнате фрау Малица, так и пышущая недовольством. — Не видите, что ли, обеспамятел он! Допросчики. Вот вам и «наблюдаемая аномалия мозговой активности».

— Как и предупреждал мой сын после осмотра, — поддержал хозяйку дома Тесслер.

— Ежи, это как же надо было дать в лоб, чтоб у моего старика память отшибло? — покачала головой фрау Малица, укоризненно глядя на смутившегося майора.

— Да я… я ж не специально! — Новак почесал пятерней затылок и развел руками, мол, что тут еще скажешь?