Читаем Замок ужаса полностью

— Не знаю, — тихо ответил Славомир. — Никто никогда не видел Ужаса, кроме Морхольда. Древние легенды гласят, что Ужас спит уже многие тысячелетия, и то что мы ощущаем, это лишь жалкая тень беспросветной тьмы, готовой обрушиться на мир. Морхольд пытался разбудить Ужас, но и он не представлял истинной опасности своей затеи. Я знаю лишь одно: Ужас — не выдумка, не символ, он существует въяве.

— Значит, главная задача ведунов — борьба с нежитью, — сказал я.

— Не с нежитью. С Ужасом. — Славомир замолчал, словно раздумывая. — Ладно. Слушай. Дело в том, что Морхольд — сын моего народа. Когда-то он был первым мудрецом, постиг тайны, скрытые от других людей. А погубило его еще при жизни то, что часто губит человека — жажда власти. Ну вот… Так что стереть с лица Земли ту мерзость, что породил Морхольд, нам завещали отцы и деды, и до тех пор, пока завет не выполнен, нет покоя ни им, ни нам. Ну а если не успеем сами — передадим древний завет своим детям. Есть еще у тебя вопросы?

От вопросов у меня голова раскалывалась, но я произнес первое, что пришло на ум:

— Ты сказал, что Морхольд мертв. Но ведь мы его сегодня видели!

— Не его. Призрак. Тень зла, а не само Зло. Отголосок ужаса, а не сам Ужас. Три века назад наше войско разрушило Ахр-Дорум. Много славных воинов пало в битве, прежде чем был убит Морхольд. Но перед смертью он успел укрыть Ужас, да так, что за все эти годы мы не нашли его следа. А мы ищем, ищем так тщательно, что казалось бы, песчинку в океане нашли. И нет нам покоя, потому что живы еще создания Морхольда, потому что знаем мы, чем грозит людям Ужас.

— Но почему вы все делаете одни, не расскажете другим все это?

— Кому? — Горечь прозвучала в голосе ведуна. — В те незапамятные времена, когда возник мой народ, мир был иным. Разные жили, да и теперь живут в мире с природой, им подвластны многие тайны. Но их время ушло. Мир человека иной, его оружие — логика. Хорошее, верное оружие, но единственное. А мы стоим где-то посередине между Разными и человеком, мы — люди, но и Разные нам близки и понятны. Нам не верят, считают колдунами, слугами дьявола. Если где-нибудь появляется ведьма или оборотень, люди ищут ведуна, но столь же охотно отправляют нас на костры во имя своих богов. Ведь и ты не можешь поверить в мой рассказ, сопротивляешься ему изо всех сил. Непонятное легче всего отвергнуть, объявить нелогичным, а значит, и несуществующим… Ладно, пора идти.

— Подожди. — Я не мог не задать еще один вопрос: — Кто ехал рядом с Морхольдом? Та красавица?

— Красавица! — Славомир яростно скрипнул зубами. — Это Каргона. Ведьма. Хотя она-то называла себя Феей Ночных Теней. Самая верная помощница Морхольда. И самая, пожалуй, страшная. Ей были известны многие кошмарные тайны. При битве у Ахр-Дорума ее не было. А потом сгинула, пропала куда-то. Если бы умерла, то мы бы узнали…

— Но ведь ты сам сказал, что там, в замке, был лишь призрак Морхольда? — не понял я.

— Да. Но именно это и странно. Известие о смерти Каргоны мы, как я уже сказал, пропустить не могли. Если же она жива и вдобавок нашла способ встретиться с тенью Морхольда, времена предстоят страшные. Значит, Ужасу надоело отлеживаться в берлоге, и он снова зашевелился, сам ищет выход на волю, собирает своих рабов. Думаю, и кайрот появился не случайно — много лет о нем никто не слышал.

— Но ведь ты его убил?

— Да, — жестко произнес ведун. — Но кайрот всего лишь нежить. Соперник не самый опасный.

И снова мы шли, осторожно нащупывая дорогу во мраке подземелья. Ход опускался, и под ногами мерзко хлюпала грязь. Пару раз пришлось пересекать достаточно глубокие и чертовски холодные ручьи. Черная вода тускло отражала свет необыкновенной цепи, по поверхности которой скользили жадно распахнутые рты маленьких водоворотов. Затем ход повел вверх, под подошвами хрустко заскрипел песок, скрюченные корни деревьев выпирали из стен и потолка, цеплялись за волосы и одежду. Потом снова начался спуск и опять подъем, ход извивался, как тело огромной змеи… Порой мне казалось, что мы и впрямь находимся в ненасытной утробе проглотившего нас чудовища.

Славомир молчал. Не начинал разговора и я — голова раскалывалась и от удара, и от совершенно ненормальных и невозможных мыслей. Король-призрак, магия, нежить, сорок сороков наговоров… Господи, в это невозможно поверить! Чушь, ересь, сказки далекого детства! Но ведь я сам видел привидения, в битве с одним из них погиб Артур. Так может быть, все это правда, только правда непривычная и оттого неприемлемая? Когда-то, и не так ведь давно, и телепатию и биополя, да мало ли что еще объявляли шарлатанством… Может быть, и правда на Земле живут сказочные для нас, но совершенно реальные мыслящие существа — Разные, как назвал их Славомир. Но почему мы тогда ничего не знаем о них? Или просто не желаем знать? И как поступать мне — разведчику далекого XXII века — в этом невероятном, но таком реальном мире?