Читаем Замок Дор полностью

— Благодарю за совет, но мы его не примем. Не так уж часто у нас с мужем бывают свободные дни. Если мы заблудимся в тумане, то просто съедем на обочину и будем там тихонько сидеть. Мистеру Льюворну не придется об этом сожалеть.

При этих словах хозяин «Белого оленя» разразился хохотом и хлопнул своего приятеля по плечу.

— Да уж, я бы на его месте тоже не сожалел, — вымолвил он, отсмеявшись. — Уж если обед состоится, мэм, то вашему мужу присутствующие будут завидовать больше всех.

«Возможно, — подумал Марк Льюворн, — возможно. Но только в том случае, если женщина, которую я прошлой ночью держал в объятиях, принадлежит мне одному». А при утреннем свете это представлялось ему сомнительным.

— Н-ну, пошли! — крикнул Тим Уди, предвкушая бесплатную выпивку, которой можно будет наслаждаться пару вечеров на свободе, вдали от сварливой жены, и погнал лошадей.

Он даже надеялся, что унылый путь в несколько миль, который предстояло проделать, прежде чем они доберутся до следующего гостеприимного местечка, только усилит жажду. Он, как и Линнет, рассчитывал, что погода улучшится. Но одно дело взбираться в гору, к Сент-Денису, в край фарфоровой глины, чудесным утром, когда хорошо видны все придорожные знаки, и совсем другое — проделать тот же путь в сгущающемся тумане, когда кажется, что дорога разветвляется во всех направлениях сразу. Действительно ли они едут по дороге к Сент-Денису? А может, удаляются от нее к голым холмам? Лошади тащились вперед, Тим Уди озирался по сторонам, ругаясь по поводу того, что так мало указательных столбов, а Марк Льюворн в это время молча сидел в экипаже, наблюдая, как беспокойно подергивались в муфте руки жены.

— Он пропустил нужную дорогу, — причитала она, — говорю вам, этот дурак пропустил дорогу.

— Ну что ж такого, — ответил ей муж, — мы всегда можем повернуть назад.

Не произнеся ни слова в ответ, она лишь нетерпеливо притоптывала ножкой. Теперь Линнет нисколько не походила на ту улыбчивую, приветливую жену, какой была вчера. И на сердце у него было тяжело.

Время приближалось к полудню, когда, выглянув из окна ландо, Марк Льюворн различил слева от них реку.

— Наверное, это Фэл! — воскликнул он. — В таком случае мы отклонились от курса на несколько миль и вполне можем отказаться от своей затеи.

— О боже! — вскричала Линнет. — И вы сидите тут, как идиот?! Выйдите и наведите справки — вон там, среди деревьев, дом.

Льюворну пришлось отправиться к указанному дому и постучать в дверь; по возвращении он сообщил Линнет, что это действительно Фэл. После того как они свернули с дороги на Сент-Денис, они проехали уже несколько миль и, таким образом, сделали крюк. Однако дорога, по которой они следуют сейчас, должна в конце концов привести в нужное место.

— В конце концов?! — воскликнула Линнет. — И когда же это — «в конце концов»?

— Ну, от половины первого до двух, — ответил Льюворн, — в зависимости от того, как Тим справится с лошадьми и если экипаж сможет протиснуться между живыми изгородями. У нас будет достаточно времени, чтобы отдохнуть и переодеться к обеду, который назначен на пять.

— Обед! — Линнет резко откинулась назад. — Да подавитесь вы этим обедом — вы и все остальные, потому что я на него не пойду!

Итак, Дебора оказалась права. Накануне жена была веселой лишь для отвода глаз или, что еще хуже, в предвкушении предстоящего завтрашнего дня, а сладостная ночь — всего лишь грязный обман. Он нащупал в кармане пузырек, который дала ему Дебора, и крепко сжал его.

Было почти два часа дня, когда экипаж свернул с окольной тропинки на большую дорогу и наконец остановился перед «Индийской королевой». Туман был все такой же густой, вдобавок моросил мелкий дождь. Возле гостиницы не было ни одного экипажа, а над закрытой дверью раскачивалась кричащая вывеска — свежая краска стекала с лица черноволосой красавицы.

— Недоставало только, — заметила Линнет, не двигаясь с места, — чтобы гостиница была заперта и все куда-то исчезли.

Но в окне тут же показалось чье-то лицо, и к тому времени, когда Марк Льюворн вылез из экипажа, дверь гостиницы распахнулась и на пороге, разинув от изумления рот, появился хозяин, Билл Хекст.

— Черт меня возьми, — воскликнул он, — если это не Марк Льюворн! Пока что вы оказались единственным смельчаком! Может быть, заедет еще кто-нибудь, и мы все-таки повеселимся. Входите же, входите, и ваша добрая леди тоже!

Линнет, как только вошла и огляделась, сразу увидела, что обстановка тут сильно отличается от ее безукоризненно чистой гостиницы в Трое. Это была всего-навсего захудалая придорожная гостиница с низким потолком, почерневшими от копоти балками и длинным столом на козлах. Стол был сервирован на двенадцать персон или немного больше — стаканы, вилки и ножи были совсем простые и не очень чистые. В комнате уже стоял запах эля и табака. Хозяин в жилетке, ухмыляясь, почесывал голову; судя по несвежему белью, у него не было жены, которая бы о нем позаботилась.

Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука Premium

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное