Читаем Замки Луары полностью

У Людовика XI непомерно развилась мания преследования. Он безумно боялся за свою жизнь при всем том, что ни за что не отказался бы от прогулок на свежем воздухе. Ему нравилось следить за тем, как исполняют обязанности его подчиненные, и горе было тому, кто не сумел бы разумно ответить на каверзные вопросы, которые так любил задавать умирающий монарх.

Однажды король спросил 15-летнего мальчика, помощника булочника, сколько тот зарабатывает. Мальчик быстро нашелся с ответом. «Столько же, сколько и мой король», – ответил он. «Тогда сколько же зарабатывает король?» – поинтересовался Людовик XI, с интересом ожидая, каким образом мальчику удастся выбраться из расставленной ловушки. Но помощник булочника, ничуть не смутившись, произнес: «Мне, как и королю, хватает на расходы».

Жак Куатье

Когда же король решал созвать на ужин гостей, те начинали не на шутку беспокоиться: а вдруг званый обед является приманкой? Даже независимые сеньоры считали, что самым разумным будет держаться как можно дальше от Плесси. Пожалуй, единственным человеком, который не боялся свободно разговаривать с умирающим королем, был его личный врач Жак Куатье (1430–1506). Ему Людовик XI доверял практически безгранично и даже назначил его вице-президентом счетной палаты, при этом не обремененным выполнением обязанностей, присущих данной должности. Только Жак Куатье мог распорядиться, что можно подать на стол королю, а что нельзя.

Для Людовика XI блюда готовил Жак Пастурель. До настоящего времени сохранился список блюд, обычно подаваемых к королевскому столу в Плесси, причем для современного человека подобный рацион нисколько не напоминает столь любимые им принципы диетического питания. Так, среди прочих блюд имеется суп с клецками, которые готовились в остром соусе или варились в молоке. Людовик XI любил также суп с гранатами; белую колбасу, для изготовления которой требовалось мясо каплуна; рябчиков и куропаток; мясо ежей и аистов; панты молодых оленей в лимонном соусе. Когда гости были уже сыты и им оставалось только развлекаться приятным разговором, сидя за столом, слуги подавали изюм в листьях инжира. Это лакомство напоминает современные вафельные трубочки. Кроме того, во время обеда вино употреблялось в немыслимых количествах. Приправленное пряностями или ароматными травами, оно доставлялось из Бордо и Бона, Орлеана и Экса.

С излишками жира помогала бороться только охота. Филипп де Коммин[23] вспоминает в своих «Мемуарах» о королевской страсти к охоте: «Вставал он (Людовик XI) рано утром, весь день, в любую погоду преследовал оленей и иногда забирался в самую глушь. А потому обычно возвращался усталым и почти всегда на кого-нибудь разгневанным: ведь это такое занятие, при котором не всегда добиваются желаемого. Бывало, его охота длилась несколько дней, и он останавливался передохнуть в деревнях, если тому не мешали известия об очередной войне».

Филипп де Коммин

Это свидетельство подтверждает и сохранившееся до настоящего времени письмо Людовика XI: «Меня предупредили из Нормандии, что армия англичан распущена на этот год, поэтому я отворачиваюсь от них и, чтобы не потерять сезон, собираюсь охотиться на кабанов и убивать их в ожидании другого сезона, когда надо будет охотиться на англичан и убивать уже их».

Чем меньше король интересовался окружающими его людьми, тем больший интерес вызывали у него животные, в том числе и экзотические. Здесь он просто не считал денег, и его гонцы мчались в Испанию за крохотными собачками-левретками, в Бретань за знаменитыми борзыми, в Неаполь за лошадьми. Дикие животные также в огромных количествах собирались в зверинцах Плесси. Это были шакалы из Берберии, лоси и северные олени из Швеции и Дании.

Зная пристрастие Людовика XI к охоте, английский король присылал ему в подарок разнообразные охотничьи атрибуты – рожки, кожаные бутылки, которыми пользовались обычно во время привалов. Король лично вывел специальную породу собак. Эти животные предназначались исключительно для охоты на оленей. Родоначальником породы стал пес по кличке Суйар, его подарил королю бедный дворянин, имя которого история не сохранила. После того как новая порода была успешно выведена, король потерял интерес к Суйару, и сенешаль Людовика XI обратился с просьбой подарить ему собаку, поскольку он мечтает преподнести его «самой умной даме королевства». Король немедленно отреагировал на эту фразу, живо поинтересовавшись, кого именно сенешаль имеет в виду. «Ваша дочь, Анна де Боже», – ответил льстивый придворный, однако король в ответ отозвался очень резко и категорично: «Умных женщин вообще не бывает, а Анна де Боже – в лучшем случае наименее глупая из них».