Читаем Заметки полностью

из восточных змеиных тенёт,

… [3]


Из Восточной Бездны Солнце всходит,

Словно из пучин земных бездонных,

… [4]


Солнце всходит над хребтами гор восточных, словно шествуя из-под земли по небу с давних пор до Западного моря, есть там место для шести драконов?

Оно с древности не отдыхало, люди, не имея Ци начальной,

долго смогут ли ходить вот так по свету?


Травы, что растут, не чтут весенний ветер,

рощи, облетев, не сетуют на осени туманы.

Кто же гонит плёткой смену четырёх сезонов?

В свой Природа срок сама и расцветёт, и замирает.


Си Хэ! Си Хэ! Отчего в блуждающих волнах ты тонешь?

Что за доблесть взял Лу Ян копьём грозиться?

У противников законов Неба много правды лживых искажений.

Я же с необъятной пустотой и матерью-природой

всеобъемлюще хочу соединиться.


Авторское прочтение


Что интересно, на китайских ресурсах это стихотворение Ли Бая комментаторы-исследователи называют ни больше ни меньше «самое сумасшедшее стихотворение, даже для такого «сумасшедшего поэта», как Ли Бай».

Действительно, на всём протяжении поэтического пространства стиха меняется композиция, меняется длина строки, используются вот те самые риторические вопросы, слышна ирония автора в каждом из этих вопросов, обращённых к любознательным читателям, которым важно понять замысел автора и откликнуться на него эмоционально и рассудочно.

Интересно, какой перевод последней строки выбрали бы вы, те, кто сейчас читают эти строки.

6. Чистая вода


清溪清我心水色异诸水借问新安江见底何如此人行明镜中鸟度屏风里向晚猩猩啼空悲远游子


Думаю, что не ошибусь, если скажу, что всем любознательным читателям хотелось бы знать, о чём думал поэт, когда писал то или иное произведение, помимо того, о чём прямо говорится в самом тексте.

В конце осени 753 года, когда поэт посетил Чичжоу (ныне Гуити, Аньхой) и на него произвели незабываемое впечатление пейзажи берегов рек Цинси, Цюпу и Янцзы. Настолько незабываемое, что поэт увековечил красоту полюбившихся мест во многих своих стихах, посвящённых именно красоте реки Цинси. Вообще в поэзии Ли Бая особое внимание уделяется ещё одной любимой реке — Янцзы, исследователи насчитали более трёхсот стихов, посвящённых этой реке.

В своих путешествиях, а это были в большинстве своём путешествия по воде, Ли Бай видел много рек и озёр, не менее прекрасных, чем река Цинси, которые были воспеты многими поэтами до Ли Бая. Одной из таких воспеваемых поэтами рек в эпоху Тан была река Синьян. О Синьян было написано не меньше, а может, даже больше хвалебных од, посвящённых красоте её берегов и прозрачности её вод. И здесь есть некая примета «особости» личности Ли Бая. Поэт не встал в строй певцов уже воспетой красоты, а мы-то знаем, что среди поэтического сообщества древнего Китая и Японии было принято восхищаться одними и теми же красотами, даже не беря во внимание, был ли в реальности в этих местах поэт или только читал о них в чьих-то произведениях.

В этом стихе Ли Бай не просто описывает красоту полюбившихся мест на берегу реки Цинси, а даже противопоставляет её образ в своих стихах и ранее воспетую в стихах других поэтов реку Синьян. И всё-таки в своём восхищении рекой Цинси Ли Бай не одинок. Любознательному читателю подскажет это перекличка поэтов, а ведь мы уже знаем, как могут говорить поэты разных эпох друг с другом через время и пространство посредством нескольких слов, а то и буквально одним словом. Вот и здесь любознательные читатели найдут эти несколько слов: Ли Бай беседует с Шэнь Юэ (441–513, историограф, литератор) и Чжан Сюй (675–750, историограф, каллиграф, поэт), откликаясь на их строки:


Проникает в глубину

чистое зеркало без зим и вёсен,

Шэнь Юэ (перевод текста в браузере поисковой программы),


И ещё одна песня:


Путник, в лодке плывущий,

направляется далеко.

… [1]


И если нет никаких сомнений в том, что Шэнь Юэ и Ли Бай не могли встретиться лично, то точно так же нет никаких сомнений в том, что Чжан Сюй и Ли Бай были лично знакомы и проводили достаточно много времени вместе или сочиняя стихи, или веселя друг друга вином.


Очищается сердце моё

Здесь, на Чистой реке;

… [2]


Здесь душу мою очищает вода,

Средь речек окрестных такая одна.

… [3]


Чистая река очищает сердце моё /

воды чистота превосходит всю чистоту


Если удастся спросить у реки Синьян /

Так ли заметен на её дне каждый изъян


Человеческие поступки отражают глубинную суть /

птиц отраженья в воде подобны росписи ширм


В горах обезьян вечерние крики слышны /

столь же напрасны и давнего странника жалобы


Авторское прочтение

7. Пагода Силин


宝塔凌苍苍登攀览四荒顶高元气合标出海云长万象分空界三天接画梁水摇金刹影日动火珠光鸟拂琼帘度霞连绣栱张目随征路断心逐去帆扬露浴梧楸白霜催橘柚黄玉毫如可见于此照迷方


Думаю, всем известно, что пагоды являются частью буддийских храмовых комплексов. Храм Дамин, в свою очередь, является частью огромного комплекса буддийского монастыря, расположенного на средней вершине горы Шуган, в Янчжоу. Информационные ресурсы с любой страницы сообщают нам о времени постройки — датируется V веком.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дыхание ветра
Дыхание ветра

Вторая книга. Последняя представительница Золотого Клана сирен чудом осталась жива, после уничтожения целого клана. Девушка понятия не имеет о своём происхождении. Она принята в Академию Магии, но даже там не может чувствовать себя в безопасности. Старый враг не собирается отступать, новые друзья, новые недруги и каждый раз приходится ходить по краю, на пределе сил и возможностей. Способности девушки привлекают слишком пристальное внимание к её особе. Судьба раз за разом испытывает на прочность, а её тайны многим не дают покоя. На кого положиться, когда всё смешивается и даже друзьям нельзя доверять, а недруги приходят на помощь?!

Ляна Лесная , Of Silence Sound , Франциска Вудворт , Вячеслав Юшкевич , Вячеслав Юрьевич Юшкевич

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Фэнтези / Любовно-фантастические романы / Романы
Форма воды
Форма воды

1962 год. Элиза Эспозито работает уборщицей в исследовательском аэрокосмическом центре «Оккам» в Балтиморе. Эта работа – лучшее, что смогла получить немая сирота из приюта. И если бы не подруга Зельда да сосед Джайлз, жизнь Элизы была бы совсем невыносимой.Но однажды ночью в «Оккаме» появляется военнослужащий Ричард Стрикланд, доставивший в центр сверхсекретный объект – пойманного в джунглях Амазонки человека-амфибию. Это создание одновременно пугает Элизу и завораживает, и она учит его языку жестов. Постепенно взаимный интерес перерастает в чувства, и Элиза решается на совместный побег с возлюбленным. Она полна решимости, но Стрикланд не собирается так легко расстаться с подопытным, ведь об амфибии узнали русские и намереваются его выкрасть. Сможет ли Элиза, даже с поддержкой Зельды и Джайлза, осуществить свой безумный план?

Наталья «TalisToria» Белоненко , Андреа Камиллери , Ира Вайнер , Гильермо Дель Торо , Злата Миронова

Криминальный детектив / Поэзия / Фантастика / Ужасы / Романы
Франкенштейн
Франкенштейн

Задуманный и начатый в ходе творческого состязания в сочинении страшных историй на швейцарской вилле Диодати в июне 1816 года, инициированного лордом Байроном, дебютный роман английской писательницы Мэри Шелли стал одним из шедевров романтической готики и вместе с тем отправной точкой научно-фантастической традиции в прозе Нового и Новейшего времени. Отсылающая самим названием к античному мифу о Прометее, книга М. Шелли за неполные два столетия породила собственную обширную и влиятельную культурную мифологию, прирастающую все новыми героями, ситуациями и смыслами в бесчисленных подражаниях, переложениях и экранизациях. Придуманный автором книги трагический и страшный сюжет оказался открыт для различных художественных, философских и социально-политических интерпретаций, а имя и личность швейцарского ученого-экспериментатора Виктора Франкенштейна прочно соединились в современном культурном сознании с образом созданного им монстра в двуединый символ дерзновенных надежд и смертельных опасностей, сопутствующих научным исканиям и выдающимся открытиям.

Сергей Чернов , Мэри Уолстонкрафт Шелли , Игорь Павлович Соколов , Елена Александровна Суриц

Поэзия / Фантастика / Научная Фантастика / Юмор / Стихи и поэзия