Читаем Замечательные чудаки и оригиналы полностью

Лет пятнадцать прошло с тех пор, как Михаил Иванович переехал на Фонтанку, в дом № 22, где в то время на одной с ним лестнице жил и я. Здесь мы сблизились ещё больше и целые дни проводили вместе. Пыляев жил один, без прислуги, занимая две комнатки, которые незаметно с каждым годом заваливал книгами, скупая их на рынках и у букинистов. В конце концов выросли горы книг, и Михаил Иванович, несмотря на свою память, затруднялся многое найти и предпочитал ходить за справками в Публичную библиотеку, где его отлично знали и допускали заниматься в отделениях наиболее редких изданий. Пыляева все знакомые упрекали, что он не ремонтирует своей квартиры, потолки которой и стены положительно почернели, но Михаил Иванович отлично сознавал, что теперь ещё он мог пользоваться своими книгами, а если их потревожат, станут перетаскивать, то все перепутают и собьют его с толку. Вот почему он отклонял советы ремонтировать с гигиеническою целью квартиру и был очень недоволен, когда новый домовладелец настоял однажды и выбелил потолки. В комнатке, заваленной книгами, помещался письменный стол Пыляева с грудой бумаг, обрывков, записочек, книжек, гравюр и пр., два кресла, диван и кровать. Вот и вся обстановка скромного приюта литературного труженика, где он работал по ночам часто до пяти, шести часов утра. Приют этот был гостеприимным для тех, кто допускался в него, а гостей Пыляев не любил. Его посещали двое, трое близких друзей, к которым он причислял и меня. Не раз я заставал Михаила Ивановича озабоченным, встревоженным и видимо недовольным.

– Что с вами, Михаил Иванович? - интересовался я.

– Генерал Икс два письма прислал, я не успел зайти к нему, сам приезжал, не застал и завтра опять приедет… где мне его принимать!

– Что ему нужно?

– Просит сообщить биографические сведения о его прадеде и указать, где он жил перед смертью.

– Да вы-то знаете это?

– Нашел-с кой-какие указания, да принимать-то у себя очень не люблю.

Михаил Иванович, чтобы избавиться от визита генерала, рано утром бросился к нему и, к своему удовольствию, застал его дома. «Боюсь, чтобы благодарить не приехал, запрусь на ключ!» - беспокоился он. Бывали, однако, случаи, что Михаил Иванович попадался врасплох и должен был принимать незнакомых лиц, не зная, как избавиться от них и куда их посадить. Он готов был служить от души, только бы к нему не ходили.

От времени до времени Михаил Иванович по утрам отправлялся на петербургские кладбища, разыскивал забытые могилы, а по вечерам, утомленный, принимался в своем архиве собирать справки об этих могилах и напоминал публике об них. Благодаря его указаниям, несколько исторических памятников были возобновлены.

В своих работах М.И. Пыляев был всегда точен, и ошибался тот, кто предполагал, что он утрировал, описывая какого-нибудь чудака или оригинала. Пыляев заимствовал данные из хороших источников и не любил иллюстрировать фактов собственной фантазией. Ошибки в таких работах, впрочем, неизбежны и случаются не по вине автора.

– Пренеприятное письмо я сегодня получил! - сообщил мне как-то Михаил Иванович.

– От кого?

– Описал одного оригинала, думал, что он умер, а он жив! Пишет, что ему девяносто два года, и что пить он, действительно, пил, но пьяницей никогда не был. О нем несколько раз упоминается в различных мемуарах, но он не читал, а мой фельетон попался ему в руки. Придется сослаться на источники.

Не проходило недели, чтобы Пыляев не получал писем с различными просьбами; столетие какого-нибудь здания, учреждения, полка - у Михаила Ивановича постоянно наводили справки, и никто, кроме него, не мог дать в таких случаях ценных указаний и ссылок на редчайшие документы. Он снабжал часто обращавшихся к нему и рисунками, и гравюрами, которые любил собирать. Мало того, он помнил, у кого какие имеются в Петербурге коллекции, где можно достать необходимые рисунки.

– Обратитесь к П.Я. Дашкову, у него вы все найдете, что вам нужно. Скажите, что я вас направил, - советовал, бывало, Михаил Иванович.

Роясь у всевозможных букинистов, Пыляев не забывал, где что видел, и направлял туда приходивших за всевозможными указаниями. Иногда, впрочем, он делал это неохотно.

– Надо поискать в другом месте, подождите, я поищу для вас. Этот букинист запрашивает огромные деньги, не стоит у него брать.

И обязательный Михаил Иванович бегал по лавчонкам букинистов, чтобы исполнить обещание. Делал он это с удивительной готовностью, как будто для самого себя хлопотал. Любезность этого милого человека не знала границ.