Читаем Заложники Древа Сефирот полностью

Ирма, выйдя из света, снова пролетела знакомым путем через трубу и открыла глаза, с изумлением глядя на экран.

– Кто же я? Неужели жрица Аранда, – осмыслить это было невероятно сложно для Ирмы, мысли начались, но потеряв равновесие, снова запутались.

– Да, Ирма, ты верховная жрица Дома Исиды Аранда, только что ты благополучно вспомнила, как ты проводила знаменитые Мистерии Исиды. Это прекрасно. Результат замечательный, сейчас мы его зафиксируем, и ты сможешь вспомнить очень многое из того, чем владела Аранда. И если ты не против, то давай продолжим погружения в воспоминания.

Ирма кивнула, надела белоснежное, напичканное электронами устройство на голову и закрыла глаза, она крепко сжала в левой руке статуэтку Исиды, временной поток черной безжалостной воронкой подхватил ее и потащил в дебри глубинных воспоминаний…

– Аранда, тебе нужно поторопиться, Исида не любит ждать, – черноглазая девушка с гибкой талией и в ожерелье жрицы прикоснулась к запястью Аранды.

Аранда вздрогнула, она никак не могла привыкнуть к прикосновениям посвященных, их руки, словно удары неизвестной энергии: каждое касание вызывало невероятную дрожь и колебания во всем теле, незаметное тихое касание вызывало целую бурю чувственных вибраций. Нужно было время, чтобы загасить эту телесную волну.

– Аренция, зачем ты касаешься меня, теперь мне нужно время для восстановления, – Аранда закрыла глаза, выпуская потоки энергии через стопы в Землю.

Аренция незаметно улыбнулась, было видно, что она весьма и весьма довольна произведенным эффектом. Всем жрицам приходилось учиться жить заново после посвящения Исиды, пройдя сложный многоступенчатый путь испытаний, никто уже не мог оставаться прежним. Менялось все: от структуры тела до образа мышления, видения. Тело, сознание – все обретало неведомые ранее не недоступные обычному человеку способности. Даже легкое прикосновение вызывало реакцию, а если удар или толчок… Человеческое тело было бы уничтожено. А впрочем, даже мысли посвященных в магию Исиды жриц творили чудеса, ими можно было переворачивать мир. Их посвящали, чтобы созидать, чтобы управлять любыми изменениями в мире людей. На все вопросы посвященным отвечала сама великая богиня Исида.

Стройная фигурка той, кого смертные всех времен будут считать величайшей богиней, купалась в лучах полуденного солнца Египта. Исида стояла внутри священного круга. Круг было принято называть именно священным. Ведь священный – это значит неизменный. Да, да, даже им, посвященным, нельзя было нарушать многочисленные табу. Жрицы сидели за пределами круга на возвышениях каменных ступеней храма. Монументальность этого сооружения сложно было описать: колонны с ярчайшими рисунками, расписанные стены, колоннады, устремленные ввысь для концентрации энергетических потоков.

Исида опустила крылья, две ее помощницы из числа рабынь, повинуясь ее знаку, подошли, чтобы расстегнуть специальные застежки на запястьях и груди, которые крепили крылья к телу богини. Крылья соскользнули, упав к божественным ногам. Рабыни не сводили восхищенного взгляда с госпожи. А впрочем, восхищение испытывали все, кто мог видеть Исиду. Это удивительное свойство – вызывать благоговейное восхищение всех, кто бросал даже мимолетный взгляд, он тут же застывал в удивлении и не мог отвести глаз. Этому свежепосвященным жрицам предстояло лишь научиться. Аранда подавила легкий вздох от предвкушения обретения удивительных свойств и качеств. Исида будет обучать. Есть ли у смертного другое, более заветное желание, чем быть послушным учеником величественной и могущественной богини? От этой избранности кружилась голова и появлялось сладостное сосущее ощущение где-то глубоко в желудке. Рабыни подняли сброшенные крылья и удалились. Никто из рабынь никогда не считал унижением служение божеству, они гордились этим служением, получая от этого невероятное удовольствие. Служить живым Богам Египта не было принуждением, это было счастье и радость, от простого присутствия возле божеств человек испытывал ослепительную вспышку блаженства, которую он нигде и никогда не мог испытывать, положением раба гордились, ценили, это было неземное удовольствие, от которого рабы зависели. Исида подняла голову и, сняв с лица маску, посмотрела (да как же она это делает!?) одновременно всем в глаза. Всех словно поразила молния. Внезапное оцепенения, вызванное взглядом Исиды, поражало всех моментально. Жрицы замерли, вытянув в струночку позвоночники, приподняв подбородки. Взгляд глубоких пронзительных глаз заскользил по кругу.