От неожиданного пафоса, прозвучавшего в последней фразе мистера Лофтли, Кэтрин едва не рассмеялась, если б только ее так сильно не одолевала тревога о своем будущем. Кажется ли ей, будто в словах дяди Томаса появился намек на благоприятный исход дела?

– Словом, мы решили, что твой приезд очень кстати, – миссис Лофтли не пожелала отдать все лавры рассказчика своему муженьку. – Пока Бетси исполняет свой христианский долг в богадельне, ты будешь занимать ее место за стойкой. А в остальное время ты можешь помогать мне с составлением списка блюд для обедов и ужинов, относить на почту письма наших постояльцев и заниматься множеством другим дел. К тому же тебе, конечно, надлежит участвовать в делах нашего благотворительного комитета, дочь доктора никак не может остаться в стороне от помощи страждущим! Словом, дитя, тебе не стоит беспокоиться, что в Кромберри ты никому не нужна. Мы с твоим дядей так рады твоему появлению, ведь ты такая милая и славная девочка! Да и мне порой не хватает наперсницы, не могу же я обсуждать свои заботы с прислугой!

– Вот все и устроилось, – радостно закончил мистер Лофтли, едва тетушка Мэриан сделала паузу. – Мы не сможем платить тебе столько, сколько получает Бетси, ведь прежде мы платили только одному Арчи. Так тебе и не придется много тратить, ведь ты не станешь платить за кров и стол! Не правда ли, мы с твоей тетей нашли такое удачное решение всех проблем, что даже сам мировой судья позавидовал бы?

Кэтрин с облегчением закивала, но тут же посчитала необходимым подняться со стула и обнять и расцеловать поочередно дядю и тетю. Ее не отправят обратно и не станут нагружать тяжелой работой! Пускай у нее будет не так уж много денег, зато она останется в Кромберри, в своей милой комнатке, которую она уже успела полюбить. При мысли о дамском комитете она едва не перестала улыбаться, подозрение, что и ей придется посещать богадельню, слегка подпортило ее радость, но Кэтрин тут же одернула себя. Нельзя быть неблагодарной! Самое главное – она остается у дядюшки Томаса. И постарается подружиться с Бет.

Довольные друг другом, все трое приступили к десерту, приготовленному миссис Лофтли нарочно по случаю приезда племянницы.

Глава 5

Кэтрин в изнеможении откинулась на спинку жесткого стула. Часы в холле, аляповатая подделка под французских мастеров, еще даже не собирались бить полдень, а она уже опасалась, что не доживет до вечера.

Сегодня дядюшка Томас нарочно дал Бетси выходной, чтобы Кэтрин могла освоиться на новом месте, не смущаясь совершать ошибки под чьим-то пристальным взглядом. Предполагалось, что мистер и миссис Лофтли сами покажут Кэти все, что она должна увидеть, и расскажут все, что ей надлежит крепко запомнить.

Полчаса назад тетушка Мэриан отправилась вздремнуть после завтрака с двумя дамами, на протяжении нескольких лет останавливащимися в лучших комнатах в «Охотниках и свинье» по дороге в Бат, так что хозяйке попросту необходимо было проявлять любезность. До этого завтрака миссис Лофтли торопливо, перескакивая с одного на другое, посвящала племянницу в тайны своего то ли ремесла, то ли искусства. В блокноте Кэтрин уже появилось множество отрывочных записей, ни одна из них не была доведена до точки, и бедная девушка надеялась, что позже сможет разобрать свои собственные каракули, так непохожие на ее обычный округлый почерк.

Несмотря на то что постояльцы занимали сейчас только половину комнат, дел в гостинице хватало всем – лакею и двум горничным, поварихе и ее помощнице, приходящей прислуге, которую приглашали для выполнения тяжелой и грязной работы. И, конечно же, сидящей за конторкой служащей, которой сегодня оказалась Кэтрин.

Она уже три или четыре раза обежала едва ли не все старинное здание, спеша передать поручения горничным, напомнить поварихе о торжественном обеде, заказанном городским судьей по случаю венчания дочери, отыскать двух мальчишек-посыльных, прячущихся в крошечном садике с колодой карт. И при этом она постоянно должна была сидеть на своем месте, приветливо улыбаться гостям, отвечать на их вопросы (а что она могла сказать о Кромберри, которого еще совсем не видела?), принимать у них письма и записывать в большую конторскую книгу разнообразные требования, пожелания, жалобы. И ни в коем случае ничего не перепутать!