— Это… к-королевская печать?

— Ты что, еще и глухой, а, воин? — заметив его реакцию, усмехнулся Дзагай. — Тебе же сказали: грамота выдана мне лично Иарусом Молниеносным! Или в Делирии таких несколько?

— Простите, не расслышал… — промямлил десятник. И, шевеля губами, начал разбирать составленный писцом текст… — Та-а-ак… Ва-а-аенный вождь ра-афсаров Бе-еглар Дз-дзаг…

— Дзагай!

— Уху… Он самый… И три-и-ицать воинов са-а-аправаждения…

— Точно… Сомнения есть?

— Нетути… Все правильно! Значица, проезжайте… — сделав шаг назад, «милостиво» разрешил командир патруля. И, подняв руку, подал своим воинам знак «отбой»…

— Спасибо, что разрешил… — усмехнулся Тур и, мгновенно забыв про десятника и его солдат, пришпорил своего коня…

«Тридцать воинов сопровождения…» — мысленно повторила я, тронувшись следом за своим эдилье. Даже если десятник нас пересчитал, то число сойдется. Значит, Гваззу я убила не зря. И с «дорожным костюмом» тоже не прогадала…

Глава 26

Аурон Утерс, граф Вэлш

Всю дорогу до гостевых покоев я пытался убедить себя в том, что в некоторых случаях политическая целесообразность может оказываться важнее справедливости. Однако аргументы, приходящие мне в голову, почему-то казались недостаточно весомыми: с самого детства мне внушали, что любая уступка этой самой «целесообразности» может вызвать непредсказуемые последствия. Точно так же, как падение снежка на заснеженный склон — лавину.

«Наказание должно быть справедливым, неотвратимым и касаться всех без исключения. Только тогда народ начнет уважать и закон, и тех, кто за ним стоит… — мысленно повторял я фразу, вбитую в мою голову Кузнечиком. — Уважение к закону нарабатывается годами. А потерять его можно в одночасье. Приняв всего одно неправильное решение…»

«Да, но перспектива новой войны действительно реальна… — внезапно буркнул внутренний голос. — Если и король Вильфорд, и граф Орассар, и отец считают, что граф Конт способен пропустить через свой лен армию Иаруса Рендарра, значит, так оно и есть. Следовательно, чтобы сохранить жизни тысяч жителей северо-запада Элиреи, необходимо придумать, как обойти закон и смягчить наказание для четы Квайстов…»

«Не спорю… — мрачно вздохнул я. — Только вот, если по мне, вместо того чтобы искать компромиссы с собственной совестью, надо раз и навсегда решить проблему с верностью де Байсо. Скажем, отправить к нему в лен пять-шесть десятков воинов Правой Руки и достаточное количество скрытней. Таким образом, можно будет не только пресекать любые попытки неповиновения со стороны барона, но и отлавливать шпионов Иаруса Молниеносного…»

Мысль, мелькнувшая в голове, показалась мне довольно интересной, и я, начав ее обдумывать, ушел в себя настолько глубоко, что не сразу услышал растерянный голос постельничего:

— Куда вы, ваше сиятельство? Покои Морской Волны вот за этой дверью.

Пришлось отвлечься…

…Зайдя в гостевые покои, я окинул взглядом огромнейшую кровать с иссиня-черным балдахином, гобелен, изображающий восход солнца над морем, темно-синий ковер с силуэтами каких-то рыб и усмехнулся: тот, кто украшал эту спальню, искренне старался передать будущим постояльцам свою любовь к морю.

Пройдя по узенькой полоске «прибоя» к изголовью кровати, я полюбовался на покрывало, расшитое морскими звездами, и, сняв с себя перевязь с мечами, положил их в изголовье кровати. А потом, развернувшись, вопросительно уставился на придворного, все еще стоящего у двери:

— Что-то еще?

— Мыться изволите, ваше сиятельство? Или завтра поутру? — с поклоном поинтересовался он.

Я утвердительно кивнул:

— Хотелось бы сейчас. Если можно, конечно…

— Бочка с горячей водой — в комнате во-он за той дверью. Там же можно оставить вещи, нуждающиеся в стирке…

Я оглядел свою пропыленную и пропотевшую одежду и вздохнул:

— Стирать надо все. Только, скорее всего, не получится: я планирую выехать из города на рассвете…

— Высохнет, ваше сиятельство! — пообещал постельничий. — Я прослежу! Лично…

— Это меняет дело… — улыбнулся я. И, раздеваясь на ходу, поплелся мыться.

Вернее, собрался пойти. И даже сделал шага четыре к вожделенной двери. Только вот добраться до бочки с водой мне не удалось — в этот момент в коридоре раздался раздраженный голос принца Вальдара:

— Пейрил? Куда поселили графа Аурона?

— Сюда, ваше высочество! В покои Морской Волны…

— Он еще не спит? — поинтересовался наследник престола. И, услышав отрицательный ответ, возник в дверном проеме: — Доброй ночи, Ронни! Я только что узнал, что ты в Арнорде! Рад тебя видеть! Надолго к нам?

— Доброй ночи, ваше высочество! — улыбнулся я. — Я тоже рад…

И, увидев, как засияло лицо наследника престола, виновато отвел взгляд в сторону: — Увы, нет. Только до рассвета. Мне надо домой, в Вэлш.

Принц расстроенно вздохнул:

— Как обычно… Не понимаю, к чему такая спешка? Отдохнул бы хоть пару дней! Сколько можно мотаться по королевству?

— Рыжий погиб, ваше высочество. Десятник… Помните? Я отправил его тело домой. А теперь, когда разобрался с делами, тороплюсь на его похороны…