Читаем Законник полностью

Как оказалось в дальнейшем, в их схронах хранилось не только это. Но и множество разнообразных вещей, с помощью которых воины Правой Руки могли выполнить почти любой приказ своего сюзерена…

Следующие четверо суток мы передвигались исключительно по лесам, не заезжая не только в города и деревни, но и на постоялые дворы. Звериные тропы, овраги, заросшие кустарником склоны холмов, непроходимые чащи — мы приближались к границе Элиреи и Онгарона самым коротким путем. Экономя время и… щедро тратя далеко не бесконечные силы…

…К моменту, когда мы миновали Влар,[120] непрекращающийся дождь превратил землю в одно сплошное болото, а поднявшийся северный ветер выстудил воздух так, что при дыхании изо рта начал вырываться пар. Лошади выматывались так, что Ронни, Воско и Нодру приходилось передвигаться исключительно пешком. Впрочем, для двужильных парней это было весьма неплохим способом согреться. А я, постоянно пересаживающаяся с одной заводной лошади на другую, тряслась, как от лихорадки.

Вино, которое меня заставлял пить Ронни, особо не помогало: вечно мокрая одежда и порывы холодного ветра вымораживали и тело, и душу чуть ли не раньше, чем я отрывала от губ протянутую мне флягу. Холодная кожа поводьев превращала пальцы рук в кусочки самого настоящего льда, а ноги — ног я не чувствовала совсем…

…Попытка согреться, уйдя в небытие и представив себя на солнцепеке, не удалась — нависающая над тропой ветка чуть не выколола мне глаза и оставила на память здоровенную царапину поперек правой щеки.

Пришлось терпеть. Мысленно проклиная свою слабость, не позволяющую бежать по бездорожью, осень, как всегда, начавшуюся не вовремя, и планы отца, из-за которых мы были вынуждены нестись через всю Элирею…

К моменту, когда Ронни перешел с бега на шаг, я уже ничего не соображала. И не сразу поняла, что мы добрались до очередного схрона.

— У-у-у… — протянул он, посмотрев мне в лицо. — Губы-то совсем посинели…

Я криво усмехнулась: по моим ощущениям, они не только посинели, но и заледенели. Впрочем, как и вся я.

— Сейчас согреешься…

Поверить в это я не смогла. Поэтому пожала плечами и… упала с седла. Запоздало отметив, что Ронни стоит слишком далеко, чтобы меня поймать.

Не понимаю как, но он успел оказаться рядом. И подхватил на руки еще до того, как я рухнула под копыта своей кобылке…

— Прости, Илзе… — виновато пробормотал Аурон и, сорвавшись с места, поволок меня в ближайшие кусты.

— Молот! Разведи костер и подогрей вино! Воско — найди в сундуках штаны, нижнюю рубаху, поддоспешник и несколько одеял…

— Уже бегу, ваша светлость!

— Кинь их на лежак… — втаскивая меня в темный и жутко узкий лаз, приказал граф. — Спасибо! Теперь дуй к моей лошади и найди в переметных сумках разогревающую мазь…

— Сию минуту, ваша светлость! — выдохнул воин и, на мгновение перекрыв своим телом светлое пятно на месте выхода, вынесся наружу.

— Илзе! Ты меня слышишь? — склонившись к моему лицу, спросил Ронни.

Я собралась с силами и утвердительно мотнула головой. Потом сообразила, что моего движения он, скорее всего, не видит, и пробормотала что-то невразумительное.

— Ты вся промокла… Тебе надо переодеться… Я сейчас поставлю тебя на ноги и помогу снять плащ… Постарайся не упасть, ладно?

Я снова кивнула. И, почувствовав, как в пятки больно ударила земля, закусила губу, чтобы не охнуть…

…Уронив себе под ноги мой плащ, Аурон подождал несколько мгновений и, почувствовав, что я не шевелюсь, скользнул за спину. Еле заметный рывок, недовольный шепот — и я ошалело поняла, что вместо того, чтобы возиться со шнуровкой моего корсета, он просто перерезал ленты.

— Поднимите… подними руки, Илзе!

Я попробовала шевельнуть руками и поняла, что это выше моих сил:

— Н-не… м-могу…

— Понятно… — выдохнул он. И заскрипел зубами…

…Срезав с меня платье и нижнюю рубашку, Ронни на одно мгновение выпустил меня из рук. Я покачнулась… и тут же оказалась замотанной в жутко холодное, но сухое меховое одеяло…

— Я ж-же м-мокрая… — стуча зубами, прошептала я.

— Сомневаюсь, что ты… способна вытереться самостоятельно… — хмыкнул граф Аурон. И, легонько проведя рукой по моим плечам, спине и животу, взял, и развернул одеяло!!!

— Х-х-холодно ж-же!!! — возмущенно взвыла я.

— Потерпи еще чуть-чуть… — взмолился Ронни. И завернул меня в другое: — Молодец! А теперь мы ляжем и начнем греться…

— Что? — забыв про то, что у меня нет сил даже для того, чтобы удерживать равновесие, я развернулась на месте и изо всех сил толкнула его в грудь… Вернее, попробовала толкнуть — наглого мальчишки там не оказалось! Зато одеяло, в которое я куталась, тут же полетело на землю…

— Прости, я неправильно выразился… — виновато пробормотал Утерс. Почему-то снова из-за моей спины: — Я хотел сказать, что собираюсь натереть тебя разогревающей мазью. Просто мама так говорит — «мы ляжем… мы поедим… мы пойдем к Брюзге…»

Я вспыхнула, потом извинилась, помогла ему натянуть на меня сухую нижнюю рубашку и штаны, а потом послушно опустилась на оказавшийся слева лежак…