Читаем Закон улитки полностью

Бим снова усмехнулся. Тут как раз коньяк Виктору принесли, а самому Биму – анисовой водки.

Они успели выпить без тоста по одной стопочке, прежде чем за их стол тихо присел худощавый пожилой мужчина с неестественно загорелым до бронзового оттенка лицом. Одет он был дорого и со вкусом. Было видно, что он пытается выглядеть лет на двадцать моложе своего настоящего возраста. Это значило, что на самом деле ему могло быть под семьдесят.

Загорелый поправил синюю бабочку на белой рубашке, потом расстегнул обшитые коричневой кожей пуговицы двубортного темно-синего пиджака, закинул ногу на ногу и опустил правый локоть на скатерть стола. Он взглядом поздоровался с Бимом и теперь внимательно смотрел прямо в глаза Виктору.

Виктор немного смешался, ожидая, что разговор начнет Бим, но Бим молчал и тоже выжидательно смотрел на Виктора.

– Извините, как вас звать? – обратился Виктор к загорелому, чтобы хоть так начать разговор.

– Эльдар Иваныч, – проговорил загорелый. – Так я вас слушаю…

– Повтори ему все, что мне рассказывал, – по-учительски нежно попросил Виктора Бим.

Виктор нехотя повторил историю пингвина Миши, основательно подсократив ее из-за усталости.

– Ага! – дослушав до конца, сказал Эльдар Иванович, кивая головой. – Теперь понятно, при чем здесь я…

И он посмотрел на Бима, потер пальцами правой руки свой висок, словно сосредотачиваясь.

– Витя, – Бим сделал паузу, вздохнул и продолжил: – Эльдар Иванович был ликвидатором долгов у Сфинкса. У тебя есть вопросы, у него ответы. А я здесь просто сижу, кушаю и пью анисовую водочку.

Виктор кивнул. Перевел взгляд на загорелого Эльдара Ивановича.

– Ну тут все просто, – пожал плечами загорелый ликвидатор. – Кое-что из имущества Сфинкса осталось в Москве, недвижимость вся осталась, а зоопарка с пингвином тут нет… Его Хачаев к себе переправил.

– А кто такой Хачаев? – спросил Виктор, теряя надежду на положительный результат этой встречи.

– Хачаев? Да это тот, кому Сфинкс все проиграл. Хозяин казино. У них какие-то общие дела были, но они плохо для Сфинкса кончились… Но потом на Хачаева наехали. Он все свернул и в Чечню умотал… Думаю, что пингвина этого он с собой забрал.

– Вы хотите сказать, что пингвин сейчас в Чечне? – удивился Виктор, глядя потерянным взглядом на Эльдара Ивановича.

– Я бы не конкретизировал. Пингвин где-то на Северном Кавказе, но вполне может быть и в Чечне. Так что больше я вам ничем помочь не могу… Разве что вас следом за пингвином в Чечню отправить? – добавил он с саркастической улыбкой.

Чечня и пингвин? Пингвин в Чечне? Как-то не вязались в голове Виктора эти два слова. Он налил себе коньяку, выпил под пристальными взглядами двух соседей по столу. Бим и Эльдар Иванович переглянулись.

Пожилой официант принес большое блюдо с рисом и три блюда поменьше с мясом, креветками и рыбой. Поставил перед каждым по пустой фаянсовой мисочке. Переставил с соседнего столика на их столик металлическую подставку с соусами и специями.

Бим насыпал себе риса, сверху добавил мяса и щедро полил все коричневым соевым соусом. Допил анисовую и заказал обычной водки.

Бим и Эльдар Иванович выпили. Виктор тоже выпил, взялся за еду. Настроение было похоронное, и он попросил Бима заказать и ему водки.

За едой и водкой разговоры пошли свободнее. Эльдар Иванович признался, что сделал себе пластическую операцию и теперь ходил регулярно на искусственный загар для укрепления кожи. Бим показал, как «делается» коктейль «Пограничный конфликт». Делался он очень просто. В белую водку вливалось немного соевого соуса и выдавливалось пол-лимона. После этого коктейль размешивался и выпивался залпом. Виктор попробовал, но то ли из-за настроения, то ли по причине усталости никаких ярких вкусовых ощущений он не получил.

– Понимаешь, – уже изрядно выпив «Пограничного конфликта», сказал Эльдар Иванович, – я бы понимал, если б твоего брата или сына в Чечню увезли! Тогда бы я сделал все, чтобы ты их отыскал, я же – русский человек. А ты тут по какому-то пингвину слезы льешь… Это как-то не по-мужски и не по-русски… Давай лучше выпьем за победу русского оружия!

Виктор насупился. Никаких слез он не лил, и выражение лица его если и было скорбным и печальным, так в этом ничего стыдного не было.

– Вы не понимаете, – сказал он уже заплетающимся языком. – Я вам ведь не говорил, что ему операцию делали, чтобы спасти. Ему сердце ребенка пересадили, без него он бы уже умер! И это я занял его место в самолете! Он должен был лететь в Антарктиду, чтобы хотя бы умереть у себя на родине!..

– Тебя классно несет! – утвердительно закивал Эльдар Иванович и снова обменялся взглядом с Бимом, только теперь они обменялись положительно многозначительными взглядами. – Ты не колешься, случайно?.. Думаешь, Чечня дальше, чем Антарктида? Да я тебя могу в Чечню за две ночи доставить! Хочешь?

Виктор тяжело вздохнул. Разговор все больше походил на пьяный бред. Он понял, что рассказывать дальше и вообще разговаривать с этим ликвидатором о пингвине Мише и обо всем, что дорого Виктору, не имеет никакого смысла.