Читаем Закон Хильми полностью

Один женат, другой богат,

Один смешон, другой влюблён,

Один дурак, другой твой враг?

…

И меркнет свет и молкнут звуки,

И новой муки ищут руки,

Если боль твоя стихает,

Значит будет новая беда."

Очень свежая мысль, что жизнь человека похожа на зебру: полоса черная, полоса белая. А через некоторое количество повторений цикла наступает жо… кризис. Причем последний наступает неожиданно, но, тем не менее, оттуда, откуда ждали. Вспомним Штопорова. Тот тоже почти двадцать лет готовился к захвату установки, но момент действия растерялся. Допустил кучу ошибок, вот и дождался Кротова на свою голову. Ну хорошо, еще не дождался, но стоило бы ему уничтожить агрегат для перезаписи сознания, и преследование стало бы невозможным. А так понадеялись на старое русское авось, успокаивая себя тем, что раньше это никому не удавалось, и пожалуйста. Сам дал противнику шанс на победу.

Люди не учатся на чужих ошибках. Никогда. Только собственные разбитые коленки дают нам бесценный опыт. И это правильно: что может знать тот дядька, дающий нам свои добрые и хорошие советы о том, что для нас будет лучше? Правда, иногда мы все-таки жалеем об этом. Вот и Александр потом оправдывался перед собой, что всего предусмотреть невозможно, да и долгое время они себя никак не проявляли. Но… обо всем по порядку.

Несколько месяцев, до самого начала марта, жизнь у Александра текла спокойным ручейком. Как говорится, случались маленькие пакости, маленькие благости. Все обязанности взяли на себя другие люди. "Школьные" проблемы взяла на себя Наташка. Как эта хрупкая девушка смогла с этим справиться, Кротов не знал. Но факт остается фактом. Неприятностей с этого направления не было вообще. То ли она очень качественно всех там запугала, то ли он стал аккуратнее. Раков уже приготовил документы и теперь занимался оружием. Так же Барракуда расстарался насчет машины, и теперь в снятом гараже Александра дожидалась не новая, но все еще очень бодрая серебристая "Импреза" семи лет от роду. Зарегистрирована она была на некоего Николая Николаевича Светлова. Так же у него на руках находились две доверенности на фамилии Степанова и Круглова. Пакеты документов на все вышеперечисленные лица находились у Александра в тайнике, срочно оборудованном у него в комнате. Для каждой личности создавался свой образ таким макаром, чтобы на фотографии Александр был узнаваем, но найти его по ней было бы крайне затруднительно. То есть, если в руках у, допустим, милиции, окажется паспорт Степанова, то по вклеенной фотографии опознать не получится ни Кротова, ни "Круглова" со "Светловым". Какими методами пользовались мастера, он не знал, но результат был очевиден. Самой машиной в скором времени тоже должны были заняться ребята из одного хитрого автосалона. Конечно, никто не будет встраивать ей в фары гранатометы – огнеметы, превращая ее в броненосец. Зачем? Просто после осмотра, и замены всего, что им покажется подозрительным, некоторые люди будут отвечать за ее исправность в течение гарантированного срока (пять месяцев, в случае Александра). Машину иногда перебирали чуть ли не по винтику, но после выполнения всех работ клиенты могли быть уверены, что она их не подведет в самый ответственный момент. Стоила такая услуга дикие деньги, но и отвечали за качество механики головой. Клиентура была соответствующей. Заказ самого Александра выполнять бы не стали ни за какие вознаграждения, а вот Барракуде отказать не смогли.

В общем, все были заняты делом. Один Александр проводил свои дни практически в праздности. Четыре часа тренировок в день не в счет. Ему доставляло удовольствие совершенствовать свои и без того смертоносные навыки. Однажды его застукала мать, когда он практиковался с оружием. Суть тренинга заключалась в том, что он в движении молниеносно выхватывал из кобуры пневматику Черного, приводил оружие в боевую готовность, наводился на цель и… повторял все заново, доводя движения до автоматизма. Она посмотрела на него несколько мгновений, после чего сказала:

– Ты боевиков насмотрелся, сын?

Александру ничего не оставалось, как смиренно ответить:

– Да, мам, я хочу стать таким же большим и сильным как Ван Дам! – самое сложное было сохранить каменное выражение лица.

– А почему не как Том Круз или Джеки Чан? – уточнила она таким тоном, что Кротов, казалось, видел, как она размышляет, не вызвать ли кое-кому неотложку.

– Да потому, что в первом случае меня все травили бы "коротышкой", а во втором случае "обезьяной". А оно мне надо? – с серьезно – дебиловатой миной спросил он.

– А Ван Дама не травят? – спросила ошарашенная мать.

– Травят, – как можно серьезнее ответил он. – "Жан Жмот Вам Не Дам". Вот только вслух об этом никто не говорит, у него пистолет есть!

На том разговор и закончился.