Но что-то не нравилось Венридиану Солу, что-то беспокоило его, заставляя видеть в происходящем изощрённую ловушку. И машины, буйствующие на поверхности, отлично вписывались в образ мимолётной угрозы, терзающей разум органика. Ведь если вражеские звездолёты на самом деле боеспособны и смогут дать отпор флоту защитников, поражение будет неминуемо. А вместе с ним исчезнет и всякий контроль над ситуацией в системе, что попросту развяжет пиратам руки. С орбиты, имея целый флот, можно многое натворить, и системы ПКО Маррикона здесь не помогут. Их предел — прореживание десантных шаттлов, да поражение малоподвижных целей на орбите вроде крушителей звёзд, используемых для уничтожения особо укреплённых позиций на поверхностях космических тел, включая планеты.

Вот только крушителей пока не предвиделось, а челноки и шаттлы могли легко пройти через образовавшиеся в ходе диверсии “окна”. Пиратам ещё нужно было их обнаружить, но с дроидами и пехотой в черте города это — вопрос времени, причём не дней или недель, а часов…

— Команда флоту: укрепиться у станции и удерживать позиции до выяснения обстоятельств. Полная боевая готовность. — Самым разумным решением командующий посчитал ожидание, исходя из того, что экипажей на пиратских кораблях действительно нет. В таком случае они смогут лишь сбежать, тем самым вручив имперскому флоту полный картбланш. Но если эти звездолёты готовы биться, то позиция у станции обеспечит защитникам значительные шансы если не на победу, то хотя бы на ничью. Разумные не любили умирать, и оттого потери в продолжительных, тяжёлых боях были заметно меньше, чем в скоротечных стычках с очевидным перевесом в пользу одной из сторон. — Войскам на поверхности любыми способами передать приказ на выдвижение к первой линии периметра.

— Мы отступаем, генерал…? — Самый молодой из операторов удивлённо воззрился на командующего, но тот не почувствовал ничего, кроме раздражения. — Потеряв столько солдат?

— Именно так, оператор Феладель. А ты, если не хочешь потерять своё место, прямо сейчас начинаешь работать втрое усерднее прежнего. — В обычных условиях Венридиан уже снял бы наглого юнца с поста, но прямо сейчас даже столь незначительная ротация неумолимо сказалась бы на общей эффективности штаба. Пока прибудет замена, пройдёт не меньше двадцати минут, и всё это время терминал будет простаивать. Неприемлемый итог. — За работу! Наша цель — укрепиться на позициях, обеспечить восстановление критических узлов инфраструктуры и понять, что ещё для нас подготовили пираты с хитроумным лидером во главе!

Операторы засуетились, с возросшей решимостью приступив к своей незамысловатой, но такой необходимой работе — принятию решений. А в точке выхода из подпространства в то же время начали появляться всё новые и новые гравитационные аномалии…

Глава 30

Пять часов спустя.

Длинная, выпущенная из крупнокалиберного пулемёта очередь расчертила бетонную стену причудливой вереницей темнеющих, опалённых выбоин, а цельную оконную раму вместе с находящимся за ней стрелком и вовсе вбила вовнутрь. Крик органика услышали лишь его товарищи, в то время как монотонно и неумолимо наступающие дроиды не зафиксировали даже его отголоска: скафы имперской пехоты были не самыми совершенными с точки зрения технологий, но свою работу выполняли на “отлично”. Даже развороченная в труху грудная клетка не нарушила герметичности дыхательной системы, в которую мертвец и закричал в последнюю секунду своей жизни, а индивидуальная система связи с точностью передала этот крик.

Ответный огонь был прерывист и жидок. Органиков буквально подавили огнём, превратив импровизированные укрытия в импровизированные же кладбища: стены домов держали удар, но отстреливаться из окон под плотным обстрелом оказалось почти невозможно. С технологичными устройствами ведения войны, которые могли помочь в такой ситуации, у пехоты имперского осколка были определённые проблемы. Кое-где мелькали подвижные орудийные щупы, позволяющие стрелять не покидая укрытия, мелькали дроны и, разведзонды и дроиды, рокотали установки системы земля-воздух-земля, но для уничтожения каюррианских дроидов этого было недостаточно.

Смертоносные машины ещё на “родной” планете избавились от большей части своих недостатков и начали самообучаться, а к нынешнему моменту пересекли грань, отделяющую массивную программу от полноценного кремниевого сознания. Особенно сильно выделялись дроиды серии ЭЕ — Экспериментальные Единицы, взявшие на себя функции офицерского состава, действующего на передовой. Они стреляли и двигались не лучше любого другого модифицированного каюррианского дроида, но, в отличии от несколько более примитивных собратьев, видели всю картину вокруг себя, пусть и через призму ведения войны.

Во многом по этой причине штурм продвигался столь успешно, имперская пехота гибла целыми отрядами, а процент пострадавших среди некомбатантов стремился к близкой к погрешности величине.