Читаем Закавыка полностью

— Электронный привратник. Он сканирует сетчатку глаза у всех входящих. Для жильцов это пропуск внутрь, и ключи не нужны.

— А для гостей?

— На всякий случай тоже сканирует. Если придешь ко мне в гости еще раз — он узнает тебя, и если ты не в черном списке — снова впустит.

Сашка заглянул в круглый «глазок» — и дверь подъезда со щелчком открылась.

— Добро пожаловать, — промурлыкал над головой приятный женский голос из динамика.

— Спасибо, — ответил мальчик.

Оля рассмеялась:

— Отвечать не обязательно. Это «умный дом», он управляет здесь всем — но он просто машина, как Бастиан. Вот смотри — он уже вызвал нам лифт. Называть этаж и квартиру тоже не нужно — дом узнал меня и довезет куда надо.

Ребята вошли в стальную кабину лифта, дождались неспешно ковылявшего Бастиана, и двери тут же захлопнулись. Пол едва качнулся под ногами у Сашки, но он увидел сквозь прозрачную стенку, как мимо замелькали яркие цветные панели и стекла окон, и понял, что лифт стремительно несется куда-то вверх, затем вправо и, наконец, по диагонали.

— Вот мы и дома. Входи.

Двери кабины лифта распахнулись — и одновременно открылись двери квартиры. Навстречу ребятам, мяукая, вышла пушистая трехцветная кошка с огромными зелеными глазами.

— Нюша, привет, — рассмеялась Оля — и они с Сашкой в четыре руки принялись гладить урчащее от удовольствия животное.

* * *

Герман Максимович Кошкин, глава Комитета по развитию города, поправил старомодные очки и откашлялся:

— Уважаемые коллеги и гости, я рад сообщить, что сегодняшний тестовый пуск поезда гиперметрополитена прошел успешно. В отличие от предыдущих испытаний мы попробовали развить максимальную скорость. С этой целью мы придали поезду максимальное стартовое ускорение. На пике удалось развить скорость девятьсот восемьдесят пять километров в час. Таким образом, в перспективе наш экспресс сможет пересекать Москву за несколько минут.

По толпе журналистов пронесся удивленный вздох, несколько человек зааплодировали.

— Герман Максимович, — подал голос улыбающийся толстячок в белом костюме, — мое имя Петр Бахилов, телеканал «Московские горизонты». Поздравляю вас с новым достижением. Расскажите, пожалуйста, за счет чего удается достигать такой потрясающей скорости?

— Спасибо за поздравления и за вопрос. Как вы уже знаете, для нашего нового транспорта мы используем принципиально новый вид энергии. Мы гордимся тем, что у нас в городе впервые применяется на практике сила субъядерного распада. И надеемся, что в перспективе она будет использована по всей стране и в мировом масштабе.

— Сколько пассажиров сможет перевозить поезд гиперметрополитена за один рейс? — уточнил Бахилов.

— Опытная модель поезда состоит из пятидесяти вагонов, в каждом с комфортом могут разместиться до двухсот человек. В будущем количество вагонов может быть увеличено до семидесяти пяти. Таким образом, до полутора тысяч человек смогут за несколько минут перемещаться с одного конца Москвы в другой, от Ногинска до Можайска, к примеру. Со временем, конечно, такие скорости будут востребованы, скорее, в международном сообщении. Представьте себе — за несколько часов пересечь весь континент. Быстрее и удобнее, чем на самолете.

После этих слов аплодисменты прозвучали громче.

— Правильно ли мы понимаем, — спросила рыжеволосая женщина из заднего ряда, — что вы превратили многомиллионный город в площадку для научного эксперимента? С неизвестными последствиями для жителей?

— Простите, кто спрашивает?

— Ирина Мурашко, интернет-портал «Вечерняя волна».

Толпа зашумела, множество голов повернулись в сторону дерзкой журналистки.

— Ирина, вы поняли не совсем правильно. Никакой опасности нет.

— Вы в этом уверены?

— Я доверяю нашим ученым.

— Но это экспериментальная разработка.

— И тем не менее. Да, для испытаний потребовались масштабы и возможности такого большого города, как Москва. И мы делаем это — потому что городу нужен легкий скоростной транспорт, нужно высокое качество жизни.

Ирина откинула длинные рыжие волосы, с прищуром посмотрела на Кошкина:

— Герман Максимович, а вам известно заключение Центра анализа городских событий по этой разработке?

По залу пронесся удивленный гул голосов.

— Разумеется, известно, — кивнул Кошкин.

— Тогда как вы прокомментируете тот факт, что компьютер ЦАГС рекомендовал воздержаться от испытаний в городских условиях и продолжить тесты в удаленных от Москвы лабораториях?

— Милая моя, — иронично воскликнул с места толстенький Бахилов, — ЦАГС вообще не имеет отношения к транспортной системе! Это просто машина, которая начисляет баллы за активное социальное поведение.

— Эта «просто машина» имеет доступ к миллионам видеокамер по всему городу, это мощный искусственный интеллект, способный понять и проанализировать то, что недоступно нам с вами.

— Прошу вас, господин Бахилов, — успокаивающе вскинул ладонь Кошкин, — я сам справлюсь, не нужно помогать, спасибо.

Он вновь повернулся к Ирине: