Читаем Зайцемобиль полностью

- Есть-то есть! - Усов замялся. - Только понимаешь, он очень хороший. Ласковый такой. Я из школы прихожу - Кактус возле ног трется. Мы ведь с ним до вечера сидим, пока бабушка приходит. Что же я - сиротой останусь?

- Не навечно же! Слетает - вернется!..

Генка свел брови, пошевелил губами и решился.

Нельзя терять ни минуты. Помчались домой, стали шить скафандр.

Все нормально, только Кактус мерить не хочет, кусается. Ну, ничего, привыкнет! Усов в перерывах между примерками его дрессировал. На задних лапах Кактус и раньше ходил. Надо его научить считать хотя бы до трех. А он мяукает только до двух. Тоже с характером.

Скафандр и герметичный шлем из пол-литровой банки с собой взяли. Поехали на трамвае. Боялись, с котом кондуктор выгонит, но он не заметил.

Пришли в Садовый тупик. Дом номер семь искали полчаса. Там всего на улице пять домов. Хорошо, ребята в футбол играют. У вратаря Сонкин спрашивает, где институт. Оказывается, надо проходным двором на соседнюю улицу выходить.

- Да ведь номер семь по этой улице?

- Никакой это не номер семь! Слушайте, что вам говорят. Там один дом - красный такой. Прямо в проходную упретесь.

Вратарь поймал мяч и выбил его в противоположный конец Садового тупика, туда, где стояли другие ворота.

Перед проходной Усов вынул Кактуса из-за пазухи, погладил, поцеловал в последний раз.

- Вообще-то мы должны при запуске возле Кактуса быть, чтобы у него давление от волнения не поднялось. Но мало ли что? Вдруг не пустят...

На двери проходной висело знакомое объявление:

ВНИМАНИЕ!!! НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОМУ ИНСТИТУТУ ТРЕБУЮТСЯ КОШКИ 7 ОБРАЩАТЬСЯ САДОВЫЙ ТУПИК 7 ЛАБОРАТОРИЯ 7

- Нам в седьмую, - деловито сказал Усов.

- В седьмую? - удивился вахтер в пиджаке и брюках галифе. - Да у нас всего-то лаборатория одна.

- Нет, семь, - стал спорить Усов.

- Ты кошку, что ли, принес? Во-он, видишь, сарай? Там надпись: "Посторонним вход запрещен". Это виварий. Туда и дуй, понял?

- Понял! - гордо сказал Усов и покрепче прижал кота.

- А ты тоже с кошкой? - спросил вахтер и загородил Сонкину рукой проход.

- Он со мной, - сказал Генка.

И вахтер убрал руку.

Институт, видно, только построили. Еще леса не сняли. На дворе ни кустика, все перерыто.

- Видал, как у них с кошками плохо? - сказал Усов. - Сразу пропускают. Наверно, запускать пора, а некого.

Усов открыл дверь, на которой написано: "Посторонним вход запрещен", и сразу наткнулся на пухлого старика в белом халате. Старик из-за своей толщины еле поворачивался.

- Академик! Видал? - шепнул Усов.

И церемонно поклонился старику. Сонкин поправил очки и тоже поклонился. И старик с ними раскланялся.

- У вас кошки? - деловито спросил старик. - Сколько?

- Кошек у нас один Кактус. Вам нужно семь, да?

- Почему семь? - не понял старик, а когда вспомнил, заговорщицки наклонился и зашептал. - Понимаете-с, молодые люди, какая у нас неприятность: машинка вместо точки бьет цифру семь-с. Вы уж извините!

- Ладно, чего там, - сказал Гена. - Это даже лучше. А что с Кактусом делать?

- Вот, видите, клетки? Найдите пустую. Номер клетки напишите на этой бумажке, адрес свой и фамилию. Писать умеете?

Сонкин и Усов чуть не обидились.

Академик спрятал бумажку в карман.

- Простите, а когда Кактуса запустят?

- Да на днях-с, - сказал старик.

- А может, мы потребуемся?

- Нет, вы нет-с...

Генка пошел было, но вернулся. Он подошел к клетке, в которой степенно, как тигр в зоопарке, ходил вдоль туда и обратно Кактус. Усов просунул в щель пальцы, и Кактус подошел, потерся о них ухом. Гена поджал губы. Гарик стоял в стороне и терпеливо ждал.

Старик-академик ждал, пока они уйдут.

- Знаете что? - Усов повернулся. - Я совсем забыл. Мне ведь от бабушки попадет за кота. И вообще его жалко. Отдайте мне его обратно!

- Договаривайся с ним о чем-нибудь, - тотчас проворчал Сонкин.

- Пожалуйста! - согласился старик. - Только мы ему ничего плохого не сделаем. И кормить будем хорошо. А выполнит свой долг перед наукой заберете.

- Ну, вот видишь! Согласен? - Сонкин гнул свое.

Генка погладил еще раз кончиками пальцев Кактуса, кивнул ему на прощанье, и они ушли.

За проходной поссорились. По мнению Сонкина, Усову следовало лучше расспросить, что да как. Усов заорал, что Сонкин там вообще молчал как рыба. Надо было раньше думать. Знал бы, не брал бы его с собой. А Гарик напомнил, что это он предложил Кактуса для полета. Не подрались только потому, что надо было скорей обдумать, как сообщить о Кактусе в школе.

Можно, конечно, просто ждать, пока в газетах будет сообщение ТАСС, но это очень долго. Лучше самим рассказать или намекнуть Крынкину из пятого "А" и предупредить, чтобы никому не говорил. Через полчаса вся школа будет знать.

Крынкин поклялся, что будет молчать. Глаза у него расширились, и он перешел на шепот:

- Никому, само собой! Я - могила! Это же космос! Все секретно!.. А долго надо молчать?

- Сколько сможешь.

- Понятно! - Крынкин закрыл ладонью рот и исчез.

Минут через пять к Сонкину подошел Гаврилов.

- Слушай, у меня к тебе секретный разговор. Ты Усову не говори, понял?

- Понял!..

- Как ты считаешь, а его не могут взять с Кактусом?

- Все может быть...