Читаем Заговоры ЦРУ полностью

Молчание администрации Никсона объясняется отсутствием реального интереса американской общественности к результатам выборов в Чили. Никто не выступил против Альенде, консервативная американская пресса заняла выжидательно-созерцательную позицию, а крупные фирмы не пытались оказать давление на Белый дом или государственный департамент» (Вашингтон, 20 сентября).

КОНЕЦ ВТОРОЙ НЕДЕЛИ

Вслед за совещанием в Комитете 40 14 сентября и инструкциями, данными президентом Никсоном ЦРУ 15 сентября, попытки правительства Соединенных Штатов помешать Альенде вступить в должность стали развиваться в двух направлениях.

Первое, условно обозначенное «Трек-I»[15], заключалось в совокупности секретных действий, одобренных Комитетом 40: попытка подкупа членов чилийского парламента из средств вспомогательного фонда в 250 тыс. долл., экономическое давление, пропагандистская кампания и т. д. Эти мероприятия имели целью побудить противников Народного единства всеми средствами — политическими или военными — помешать приходу Альенде к власти.

Система операций, условно обозначенная «Трек-II», непосредственно вытекала из инструкций, данных президентом Никсоном ЦРУ 15 сентября. Эти операции были призваны сплотить чилийскую армию на борьбу против Альенде и оказать ей самое активное содействие.

Условные обозначения «Трек-I» и «Трек-II» были известны только тем сотрудникам ЦРУ и Белого дома, которые были в курсе инструкций президента Никсона от 15 сентября.

В своих показаниях комиссии по расследованию Киссинджер подчеркнул тесную связь операций «Трек-I» и «Трек-II»: «...Все наши службы были мобилизованы на то, чтобы преградить дорогу Альенде, а также, в рамках операции «Трек-II», на организацию военного переворота».

И действительно, операции «Трек-I» и «Трек-II» в течение месяца, начиная с 15 сентября, велись параллельно.

Посол Корри, официально отстраненный от выполнения задания «Трек-II», получал все более широкие полномочия в содействии военному перевороту. 14 сентября на совещании Комитета 40 он, одновременно с другими «ответственными сотрудниками посольства», получил разрешение на усиление контактов с чилийскими офицерами с целью прощупать их готовность оказать поддержку «Гамбиту Фрея». [...]

Что же касается конечной цели, то между «Трек-I» и «Трек-II» существенной разницы не было: обе операции имели целью подготовку государственного переворота. Разница заключалась только в том, что лишь очень незначительному числу сотрудников Белого дома и ЦРУ надлежало знать о прямых контактах ЦРУ с чилийской армией, а также об активном участии ЦРУ в организации государственного переворота, в котором не должен был быть замешан президент Фрей. По словам Киссинджера, все сведения относительно операции «Трек-II» «по соображениям безопасности» должны были непосредственно передаваться в Белый дом. Томас Карамессинес, в то время начальник Оперативного управления, был главным связным ЦРУ и Белого дома в операции «Трек-II». В своих показаниях он объяснил, почему, с его точки зрения, государственный департамент, министерство обороны, Комитет 40 и посол Корри не знали о существовании «Трек-II»:

Другим мотивом было наше общее впечатление, что безопасность предприятия в целом тем вернее, чем ограниченнее круг посвященных в него лиц». [...]

Ввиду исключительной щекотливости характера задания «Трек-II» внутри отдела стран западного полушария ЦРУ была создана спецгруппа для практической разработки операций. Именно Томасу Карамессинесу было поручено осуществление ежедневного контроля за ее работой. Группа была сформирована из самых опытных и квалифицированных сотрудников управления. Один из сотрудников ЦРУ, известный своей компетентностью, был отозван в Вашингтон с должности, которую он занимал за океаном, чтобы принять на себя руководство операциями. Исключая начальника отдела стран западного полушария Уильяма Броу[16], его заместителя и начальника чилийского отделения, никому из его сотрудников отдела не было известно о деятельности этой группы.

Даже специалисты по чилийским делам в ЦРУ не были посвящены в тайну операции. Спецгруппа располагала особыми каналами связи с Сантьяго и Буэнос-Айресом для секретной передачи шифротелеграмм о ходе выполнения задания «Трек-II».