Читаем Заговор полностью

Не было никакого сомнения, что Катрина Хагебак выбрала себе псевдоним именно в честь нее. Но Ада?

Наконец Сара заметила Кристофера, оплачивающего счет за оказанные услуги. Она подошла к нему, и он обнял ее, как в первый раз.

— Ты снова спасла мне жизнь… — шепнул он. — Ты — мое настоящее противоядие.

— После того как я подставила тебя под вирус, притащив сюда, это самое малое, что я должна была сделать.

— Угу, я попался, как последний лопух… Спасибо, мадам, — добавил Кристофер, обращаясь к медсестре, выписавшей ему чек. — Что ты нашла в речи Катрины?

— Тебе больно? — спросила Сара, осторожно притрагиваясь к широкой повязке на шее Кристофера.

— Дергает, но терпимо. Так что с речью?

Сара села на одну из скамеек в приемном покое больницы и, понизив голос, кратко рассказала о своих находках, закончив рассказ тем, что она узнала о деятельности Этты Пальм.

Кристофер сел рядом с ней.

— Я никогда не пойму, как мужчины, кричавшие налево и направо о равенстве и справедливости, считавшие себя просвещенными, могли отвергнуть требования женщин и отослать их заниматься домашними делами, затыкать им рот, убивать их тысячами.

— Когда прочтешь речь Катрины, поймешь, что это началось задолго до французской революции… Это одна из величайших, если не величайшая и глубочайшая махинация в человеческой истории. Но пока что мы должны найти Аду.

— О’кей. Что Этта, что Ада — они открыто боролись за права женщин. То есть выступали как публичные персоны. Точно так же, как Катрина Хагебак. Стало быть, под псевдонимом Ада скрывается женщина-ученый, открыто выступающая за равноправие с мужчинами.

Пока Кристофер говорил, Сара пробовала в поисковике многочисленные комбинации ключевых слов, и в их числе «Ада феминизм науки».

— Кажется, я что-то нашла, Крис! — бросила она, прочитав по диагонали текст на экране своего телефона.

— Что?

— Слушай: «Проект „Ада Лавлейс“ запущен в 1997 году в Германии, в честь исключительной отваги и мощного предвидения английского математика Ады Лавлейс…»

Сара заговорила с таким энтузиазмом, что пациенты и посетители, также сидевшие на скамейках приемного покоя, обратили свои заинтригованные взгляды на этих возбужденных иностранцев. Сара продолжила уже тише:

— «Имеет целью поощрять девушек получать высшее образование в области технологий, информатики и математики, где женщины представлены еще недостаточно и где очень сильны мужские предрассудки. Проект „Ада Лавлейс“ предоставляет школьницам со всей Германии возможность стать слушательницами и подопечными женщины-ученого, сумевшей, преодолев стереотипы, сделать успешную карьеру в этих областях знания. Кураторство осуществляется как в семинарской группе, так и в индивидуальной форме».

— Прекрасная идея, в этом направлении и надо копать. Кто руководит проектом? — спросил Кристофер, одновременно ища в своем телефоне.

— Руководителя проекта «Ада Лавлейс» зовут Шафи Рейнвассер, она работает в Институте Макса Планка в Германии.

— Макса Планка? — удивился Кристофер.

— Ты его знаешь?

— Еще бы не знать! В одном из центров Макса Планка выделили геном неандертальца, что уже подвиг, но, кроме того, благодаря им стало известно, что во всех нас имеется от 1 до 3 процентов неандертальских генов. Так что они на передовой линии науки. А в каком она институте — в Германии их несколько?

Сара зашла на сайт, проследовала по ссылке и подняла голову.

— Этот расположен в Йене, а она специалист по археогенетике. Никогда не слышала о такой науке.

— И угадай, чем еще она занимается? — подхватил Кристофер, успевший за это время тоже кое-что отыскать. — У нее есть персональный сайт, на котором она рассказывает о жизни Ады Лавлейс и ее вкладе в современную науку. Сара, это она, точно она…

— Надо с ней срочно связаться, чтобы предупредить.

Кристофер продиктовал телефонный номер, указанный на сайте.

Сара быстро дозвонилась и начала с кем-то разговор на английском.

Кристофер, затаив дыхание, внимательно слушал ее реплики. Но разговор принял не тот оборот, которого они ожидали. Шафи Рейнвассер отсутствовала, поскольку готовилась к своей завтрашней пресс-конференции. Связаться с ней было невозможно. Сара нажала «Отбой».

— Чертова сила! — ругнулась она.

— По крайней мере, теперь мы точно уверены, что это она, раз готовит на завтра выступление. Ты не можешь связаться с немецкой полицией, чтобы они ее отыскали и взяли под охрану?

— Чтобы быть принятым, мой запрос должен пройти официальным путем через Осло. А если он пройдет через Осло, Йенс Берг будет в курсе и найдет Шафи раньше нас.

Кристофер застучал пальцами по своему телефону.

— У меня есть ее персональные почтовый адрес и номер телефона. Она их дает на проекте «Ада Лавлейс», чтобы наставницы и студентки могли с ней связаться.

Сара набрала номер, который ей назвал Кристофер, и попала на автоответчик.