Читаем Загнанный. Мир Tornscape полностью

Он почти бегом добрался до станции омнибуса,9 который покатил его к конспиративной квартире, где он должен был передать бювар Гюнтеру. Казалось бы, ничего сложного – главное сделано, он покинул завод. Осталась сущая мелочь, но человек предполагает, а Фрауут располагает.

Божество Обмана легко играет судьбами людей, и ему нет никакой разницы кто это -гроссмаршалили такой вот маленький человек, как Гоззо. Все они для него лишь фишки на игральной доске. Пожелает, смахнёт в корзину, захочет – двинет на клетку, где тот вознесётся так, как и не мечтал. И всё же мало кто в Весторне желал, чтобы коварный и изменчивый Фрауут обратил на него своё внимание.

Готфрид фон Криглихинген ненавидел Остфалл. Всей душой настоящего военного ненавидел. За его чисто выметенные мостовые, за выглядевшие новенькими дома, на ремонт их явно не жалели денег, за запрет на лошадей, за носилки, в которых таскали особенно ленивых господ. Но больше всего он ненавидел воздух – тот самый, какого не найти больше нигде в Кригмарке. Чистейший, лишённый малейшего намёка на трупную гниль, к которой за годы войны привыкли жители абсолютно всех городов королевства. Даже в шумном порту Хофэна воняло трупами, ведь там возвратившиеся таскали грузы с кораблей на берег и наоборот, давно уже заменив живых грузчиков. Большая часть докеров, лишившись работы вынуждена была завербоваться в армию и многие вскоре вернулись к прежней работе, но уже поднятыми некро-алхимиками мертвецами.

Ненавидел Криглихинген и здешнюю публику. Ей лучше всего подходило слово «чистая». Все эти эдлеры, риттеры, фрайхеры, графы и прочие шенки. За пределами Остфалла их титулы не значили ровным счётом ничего, но здесь ими гордились, при любом удобном случае чинясь друг перед другом местом в «Кригальманахе» – справочнике по генеалогии старинных родов, который издавался ежегодно. Завидев кого-то вроде Готфрида, они демонстративно подносили к лицу надушенные платки (даже мужчины, да что там – даже военные!) и столь же демонстративно переходили на другую сторону улицы. Они чувствовали трупную вонь, впитавшуюся даже не в одежду, но в кожу и волосы Криглихингена или кого бы то ни было другого, прибывшего из-за пределов королевского домена. Ведь в землях, принадлежащих, пускай и формально, королю Кригмарка, действует полный и абсолютный запрет на некро-алхимию.

Однако по вызову Георга фон Кригсберга он не прибыть не мог. Гроссмаршал, член Высшего военного совета, очень редко вызывает простого бригадира – именно таким был чин Криглихингена, и тот в ответ может только взять под козырёк. Поэтому Готфрид оставил своих людей в Брокке, где квартировал его отряд, и поспешил в столицу. Теперь же у него была одна мысль – как можно скорее убраться отсюда. Он очень надеялся, что его парней не переведут в Остфалл. Многие – да почти все в Кригмарке! – наоборот мечтали о таком переводе, и в самом отряде Криглихингена бы этому обрадовались. Но он-то лучше них знал, что ждёт в столице, и потому про себя молился Деспису, чтобы этого не случилось.