Читаем Загадочная птица полностью

— Да, попадалась, и не раз. — Берт говорил медленно. Чувствовалось, что он наслаждается ситуацией. — Дело в том, что Марта Стамфорд — моя мать.

В июле задули ветры. На вспененных волнах Темзы беспокойно качались корабли. В Линкольншире началось половодье. Направляющийся в Портсмут небольшой корабль в Бискайском заливе был вынужден отклониться от курса и прижаться к берегу. На борту, усталая и больная, мисс Браун молилась о попутном ветре, чтобы поскорее добраться до дома. Но погода была неумолима, и трехнедельное путешествие удлинилось еще на неделю. Когда она достигла Англии, Банкс уже отбыл в экспедицию.

Она всегда представляла свое возвращение в ярких тонах. Люди в летних одеждах приветственно машут руками на причале, солнечные блики на крышах, белые парусники в бухте, тихий плеск зеленых волн. А в Портсмуте ее встретили серое небо, пропитанный дождем воздух и подступающая ночь. Тускло-коричневый город, грязные улицы и никаких приветствий. Нетвердо ступая по твердой земле, мисс Браун чувствовала, будто там, за этим сумраком, ничего нет. В обратном плавании ей пришлось собрать все силы. Они постепенно убывали, как песок в часах, и вот уже оставались последние песчинки. Ей очень нужна была улыбка. Мало того. Хотелось, чтобы ее обняли, крепко, молча, не задавая вопросов. А тут приходилось медленно брести под дождем, скользя взглядом по бесстрастным лицам незнакомцев. Она не написала Банксу о своем приезде и знала, что его здесь быть не может. Но все равно выискивала глазами в толпе.

В ту ночь, беспокойно ворочаясь в постели в дешевом отеле, мисс Браун вспоминала бессонные ночи в Ревсби, с умирающим отцом рядом. Приоткрытые ставни и качающиеся на ветру деревья. Эти деревья ответов не давали, они вопрошали. Ведь иногда ты начинаешь прощаться только в конце путешествия.

* * *

Наконец они дождались, когда ветер стихнет надолго, чтобы «Сэр Лоуренс» мог выйти в серое неспокойное море. Последние дни в Англии Банкс провел либо в пьяном состоянии, либо сгорая от стыда. Причем теперь он был склонен винить во всем мисс Браун. Зачем она поторопилась, не дождалась его приезда? Банкс не видел выхода, кроме как отказаться от сокровенных планов. Ему нужно было отправиться с Куком, но мисс Браун своим безрассудством сделала это невозможным. И теперь вот он должен плыть, просто чтобы не предать сподвижников, хотя следовало остаться и дождаться ее. Страдание спутало все в его голове и смыло их счастье зимой в Ричмонде. Он пил, чтобы забыть. А когда ветер стих, поплыл в Исландию.

Весь путь до мыса Лизард, а затем на север по Ирландскому морю ветер нещадно трепал корабль, и Банкс, опытный мореплаватель, тяжело страдал от морской болезни. Море было настолько бурным, что пришлось отказаться от намерения пристать к острову Мэн. Погода смягчилась, когда они приблизились к Гебридам, и тогда Банкс, пережив самый темный месяц в своей жизни, снова увидел сияющее солнце.

Она прибыла в Ричмонд поздно вечером и обнаружила, что там ничего не изменилось. За время ее отсутствия в Англию хотя и медленно, но все же пришло лето. Расцвели цветы, ярче зазеленела живая изгородь, на двери таверны появились новые театральные афиши, а в остальном все по-прежнему. Мисс Браун плыла на корабле по штормовому морю, посетила места, которых ни один человек вокруг никогда не видел, а Ричмонд единственное что сделал, так это лениво растянулся под солнцем. Пораженная этим постоянством, она направилась по склону холма, где в условленном месте ждала предупрежденная о ее прибытии Марта. Их встреча ничем не могла привлечь внимание, но если бы кто-нибудь ее наблюдал, то заметил бы, как женщина более крупной комплекции достала письмо и передала другой. А та, немного помедлив, вскрыла его и начала читать.

Моя любимая, пишу эти слова с глубоким страданием. Я вынужден отправиться в путешествие. У меня не было выхода…

Она подержала листок перед глазами, затем сложила и отправила в конверт.

— Пойдемте, Марта. Письмо подождет, а мне нужно поскорее помыться. Поговорим позднее, когда я буду чистая и утолю голод.