Читаем Зачем России Марин Ле Пен полностью

Февраль 2012. Манифестанты выразили недовольство присутствием Марин Ле Пен на Реюньоне

«Ребрендинг» продолжается

«Дедемонизации» НФ Марин уделила особое внимание с началом своей президентской кампании. Вскоре после своего избрания на пост лидера НФ Марин Ле Пен всерьез подкрутила гайки в этой партии, где не считалось зазорным повторять, где ни попадя, высказывания Ле Пена о газовых камерах и «нежестоких» нацистах. Кое-кто открыто якшался с неонацистами. Один из таких «орлов» 21 – летний депутат регионального совета региона Рона-Альпы от НФ Александр Габрияк в начале 2011 года вскинул руку в нацистском приветствии и сфотографировался так на фоне флага со свастикой. Марин Ле Пен узнала об этом, находясь на отдыхе в Таиланде. Оттуда немедленно последовало указание – Габрияка из «Национального фронта» гнать. И, несмотря на то, что за этого поклонника нацистов вступились Голниш, а затем и сам Жан-Мари Ле Пен, его дочь, как глава НФ, своего решения не изменила (Nouvelobs.com – AFP, 22–04-2011).

В прессе, в том числе и российской много спорят о том, куда направлены старания Марин Ле Пен по перестройке «Национального фронта». Идет ли речь о попытке превратить его в «великую республиканскую партию» и тем самым полностью интегрировать эту партию в политическую систему Пятой Республики, приняв ее правила политической игры? Или это всего лишь, говоря современным языком заимствований, рестайлинг, ребрендинг французских ультраправых, а по-русски говоря, овечья шкура для старого волка? Ставки «Национального фронта» на «мирную консервативную революцию», (термин Марин Ле Пен), т. е. захват власти во Франции мирным, парламентским путем достаточно серьезны, чтобы рисковать его репутацией в глазах потенциальных избирателей. Для этого Старина Ле Пен уже не годится не только по возрасту. Устарели и его взгляды, и методы борьбы и способ полемики. Марин Ле Пен – современный человек, она выросла среди тех французов, для которых толерантность, неприятие расизма, фашизма, антисемитизма, гомофобии и всех прочих дискриминационных фобий – норма. В отличие от своего отца, она менее категорична в том, что касается запрета абортов и больше говорит об этом, как о средстве преодоления демографического кризиса в стране и вообще в Европе, и об укреплении семьи и семейных ценностей. Не исключено, что она в душе против того, за что сама публично выступает в ходе своей предвыборной кампании – в защиту светских республиканских ценностей, прав евреев, прав женщин, либо сексуальных меньшинств. Но таковы правила политкорректности, не соблюдая которые во Франции можно победить даже на выборах в Национальное собрание или Евро-парламент, но на президентских выборах победить невозможно. Ибо Президент Пятой Республики должен стоять вне партий, религий и персональных симпатий и антипатий. Это – Президент всех французов, а они все разные и под одну гребенку их никогда не постричь.

Марин Ле Пен постаралась наладить нормальные отношения не только с еврейской общиной Франции, но и с теми своими согражданами, которых никак нельзя отнести к арийцам. Речь идет французах, живущих в заморских департаментах и территориях Франции, таких, как Реюньон, Французская Полинезия (Таити и др. острова) и Гваделупа. Они в основном – чернокожие. В этих краях Ле Пену никогда не удавалось выступить в ходе своих предвыборных кампаний. Поначалу и у Марин Ле Пен это не получилось. Посланцев «Национального фронта» местные демонстранты обычно блокировали прямо в аэропорту, и им ничего не оставалось делать, кроме как убираться восвояси. К 2012 году удалось эту практику поломать.

Проведя ребрендинг НФ, Марин Ле Пен представила журналистам свой предвыборный штаб так: «В него входит женщина родом из Кот-д'Ивуара и мужчина из Гваделупы, ранее поддерживавший президента Николя Саркози. Гражданский сотрудник полиции, родившийся в Марокко, один из известных представителей общины французских евреев и директор по работе с персоналом медиа-группы Marie Claire дополняют картину разнообразия в офисе партии, которую обвиняют в фашизме».

«Мы просто нормальные люд» – так прокомментировал последние события в НФ один из его региональных лидеров, 40-летний Кристиан Мандосса, сын португальских иммигрантов. Конечно, многие восприняли такое обновление состава предвыборного комитета НФ как рекламный ход. Но можно посмотреть на это и по-другому. Объективно отход Марин Ле Пен от погромных рекомендаций ветеранов НФ и ее демонстративное нежелание иметь что-либо общее с неонацистами заставили и темнокожих французов задуматься о том, что у них, как у полноправных граждан Франции есть с НФ нечто общее. В первую очередь – это обеспечение безопасности в стране и борьба с погромами и поджогами, которыми по указке исламских экстремистов увлекается иммигрантская молодежь, от чего страдают и темнокожие представители среднего класса.