Читаем Зачем России Марин Ле Пен полностью

«Антисемитизм во Франции – ежедневное явление. Наблюдаются нападения именно на евреев, и это обыденное явление для Франции. Сегодня мусульмане являются источником антиеврейских выходок во Франции», – это заявление председателя Всемирного совета Ликуда Жака Купера прозвучало сразу же после трагедии в Тулузе. Купер напомнил, что много лет назад Зеэв Жаботинский сказал вещую фразу о том, что «евреи должны ликвидировать диаспору, потому что иначе диаспора ликвидирует вас». Согласно Куперу, эти слова еврейского лидера актуальны и сегодня для евреев Франции. И добавил, что «ужасное убийство в Тулузе – это призыв к французским евреям к репатриации в Израиль». Дело, как видим, весьма серьезно. Выяснилось, например, что в Интернете, в социальной сети Facebook в дни осады убежища террориста появилась страничка «фанатов «тулузского стрелка», которые восхваляли Мохаммеда Мерра за его действия и осуждали полицию за ее «преследования исламиста-радикала». МВД Франции вынуждено было вмешаться и закрыть эту страницу.

Потом, после того, как Мерра уже был убит, полиции пришлось останавливать целую колонну демонстрантов-исламистов, которые шли к дому матери террориста, чтобы выразить ей соболезнование. То же самое повторилось и во время его похорон. А его брат заявил, что гордится «солдатом ислама» Мохаммедом Мера. Что это, как не публичное одобрение действий убийцы? И это ли не призыв убивать и дальше? Не случайно Эва Жоли, кандидат от европейской партии «зеленых» на президентских выборах во Франции сказала: «Вопрос, который мы задаем себе, таков: как Мохаммед Мера смог обмануть бдительность нашей службы внутренней безопасности? Одно из объяснений – эта служба занимается чем угодно, кроме борьбы с терроризмом. Власть использует ее не столько для этого, сколько для борьбы с нежелательными расследованиями журналистов…»

Как же во Франции и непосредственно в древней Тулузе дошли до жизни такой? Уже потом, когда стало ясно, кто такой «тулузский стрелок», журналисты спрашивали у руководителей французской полиции, почему его не арестовали раньше. Глава МВД Франции Клод Геан пояснил почему: «Разведка следит за многими людьми, вовлеченными в исламистский радикализм. Но выражение радикальных идей и идеологии салафитов недостаточно, чтобы за это привлечь к ответственности». Иначе говоря, боялись нарушить права тулузского салафита. И дождались, пока от рук этого озлобленного отморозка на землю Тулузу не легли семь трупов, из них трое детских. Он заявил потом, что хотел убивать и дальше, жалел, что мало народа положил. Прокурор Парижа Франсуа Молэн сообщил журналистам, что в ходе осады Мера снимал бойцов «Рейда» на кинокамеру, намереваясь, в случае счастливого для него исхода, найти их и перестрелять по одному. Одному из убитых им ранее военных он сказал, зафиксировав это на свою видеокамеру: «Ты убил моего брата, а я убиваю тебя!» Страшно подумать, сколько он еще мог убить ни в чем не повинных людей, если бы его вовремя не заблокировали в его квартире. За излишнюю толерантность французской полиции пришлось заплатить действительно дорого.

Выстрелы «тулузского стрелка» прозвучали в самый разгар президентской кампании во Франции. Политолог Доминик Рени в интервью еженедельнику «Nouvel Observateur» сказал, что убийство в Тулузе полностью изменит фокус президентской кампании 2012 года, она начнется с чистого листа. По его мнению, все, что было до сих пор, будет фактически стерто и начнется новая кампания. «Это огромная травма, и общество не оправится от нее за месяц, оставшийся до голосования. До сих пор тон риторики был очень агрессивным и популистским. Это должно измениться. Если какой-то из кандидатов попытается эксплуатировать эту тему, его не поймут. Потому что сейчас речь идет о том, что для французов важнее любых выборов».

Чтобы там ни говорил Рени, все три основных кандидата в президентской гонке 2012 – сам действующий президент Николя Саркози, лидер социалистов Франсуа Оланд и председатель «Национального фронта» Марин Ле Пен стояли плечом к плечу на траурной церемонии в Тулузе в честь убитых военных. А затем каждый из них высказался и по поводу их убийств, и об убийствах в еврейской школе.

Саркози заявил на своем предвыборном митинге в Страсбурге, что во Франции нет условий, которыми можно было бы объяснить это преступление – оно необъяснимо и непрощаемо. Общество не несет за это ответственность, заявил Саркози, выступая перед своими сторонниками в Страсбурге. По словам президента, речь идет «о преступлениях не сумасшедшего, поскольку сумасшедший не несет ответственности, а чудовища и фанатика, который может добить раненого и убить плачущего ребенка.

Президент пообещал принять срочные меры для борьбы с экстремизмом во Франции. Во-первых, пообещал сажать в тюрьму тех, кто посещает в Интернете сайты, пропагандирующие религиозные экстремизм и насилие. Во-вторых, – сажать тех, кто едет за границу на обучение в учебных центрах экстремистов. И, в-третьих, – не пускать во Францию проповедников религиозного экстремизма.