Читаем Забытый Сперджен полностью

Читатель, возражая мне далее, может сказать, что участие в богословских спорах не было для Сперджена главным, не в этом заключалось его подлинное призвание. С этим мнением я совершенно не согласен, хотя знаю, что многие его разделяют. С викторианских времен и по сей день Сперджена принимают на ура во всех его амплуа, кроме одного: мало кто ценит его как человека, который ревностно боролся с заблуждениями в церкви. Сперджена изучили и обсудили как личность, как проповедника, как литератора, как баптиста, как мистика и как филантропа, но его вероучение, которого он твердо придерживался, и теологические конфликты, в которых он участвовал, преданы забвению. Существует мнение, что этим богословским конфликтам не стоит придавать большого значения, так как богословие не было главным для Сперджена. Например, когда разгорелся спор с либералами, Джон Клиффорд, вице-президент Баптистского союза, объявил: «Мне невыразимо больно видеть, как этот выдающийся „ловец душ“ пробуждает энергию тысяч христиан и направляет ее на споры, вместо того чтобы вдохновлять их нести добрую весть Божьего Евангелия нашим соотечественникам» 6. Четыре года спустя один религиозный журнал в некрологе Сперджену выразил преобладавшее тогда отношение к проповеднику: «Поворачиваясь от его кальвинизма к его христианской жизни, мы видим хорошего, доброго, любящего человека, чье великодушие резко контрастирует с его учением» 7.

Как образ пуританина после 1662 года * формировали те, кто отрицательно относился к пуританизму, так и образ Сперджена в ХХ веке создавали те, кто не симпатизировал его богословским позициям, тем самым дискредитируя его как богослова 8. Кроме Роберта Шиндлера, писавшего незадолго до смерти Сперджена 9, и Чарльза Рэя, который всего-то и сделал, что кратко изложил «Автобиографию» проповедника 10, мне не приходит на ум ни один биограф Сперджена, который бы мог честно подписаться под символом веры, составленным Спердженом для церкви на Нью-парк-стрит. У. И. Фуллертон и Дж. К. Карлайл, которые в 30–40-х годах двадцатого века написали, как полагают, классические биографии Сперджена, не разделяли богословских позиций проповедника. И хотя в какой-то мере они описывают имевшие место богословские конфликты, они похожи, выражаясь словами самого Сперджена, на «людей из лозы и гипса». В своих книгах они не раскрывают учения Сперджена. В статье Т. Р. Гловера, опубликованной в «Таймс» в 1932 году, и в книге Канингема-Берли «Сперджен и его друзья», изданной в 1933-м, биография знаменитого проповедника церкви «Метрополитан табернакл» была искажена до крайности 11. Последняя из названных книг, как сказал Сперджен о другой книге, «пригодна только для того, чтобы разводить огонь в камине».

Итак, казалось, сбылось предсказание либералов викторианской эпохи о том, что Сперджен станет «последним из пуритан». «Старомодное Евангелие», которое, как Сперджен считал, его церковь и колледж были созданы Богом провозглашать, было забыто почти всеми, за исключением немногих, кто «испортил» торжество, устроенное в 1934 году в честь столетия со дня рождения Сперджена, задавая вопросы: «Кто из этих „знаменитых баптистов“, следуя за Спердженом, проповедует истину о божественном избрании? Кто из них так же, как и Сперджен, гордится драгоценной кровью нашего Господа Иисуса Христа?» 12 Можно ли удивляться тому, что в современной интерпретации Сперджена как богослова сводят на нет?

Уилбур Смит писал в 1955 году: «Я заново прочел основные биографии и автобиографию Чарльза Сперджена и пришел к твердому убеждению, что на сегодняшний день нет ни одного жизнеописания этого великого проповедника благодати Божьей, которое бы полностью соответствовало истине» 13. Думаю, он был совершенно прав.