Читаем Забытый Сперджен полностью

Обращаясь с этими словами к вам, я в первую очередь хочу напомнить вам, что мы верим в Слово Божье и следуем ему, и что если люди «не говорят, как это слово, то нет в них света». Как жаль, что наступило время, когда молчать о положении церкви — значит, с моей точки зрения, совершать преступление, и я надеюсь на то, что вы со вниманием, серьезностью и непредвзятостью отнесетесь к тому, что я собираюсь сказать. Если бы была возможность выступить на одном из недавних членских собраний, я бы обратился к вам устно, но поскольку такой возможности не было, я вынужден обращаться к вам со страниц этого письма. Я весьма обеспокоен нынешним и будущим состоянием нашей церкви и считаю, что на всех нас, а особенно на дьяконах, лежит большая ответственность за ее благополучие. Если мои слова побудят вас вернуться на старый добрый путь, я возрадуюсь, и, вне всяких сомнений, Господь, как и прежде, будет вести нас, находясь в столпе огненном и облачном.

С самого начала я хочу пояснить, что, как член церкви, я придерживаюсь Устава церкви, в котором изложено учение церкви, порядок ее деятельности, права и обязанности членов церкви. Устав находится в согласии со Словом Божьим и основан на нем. Он священен, поэтому его нельзя менять или игнорировать. Всякий, кто сознательно нарушает его, является отступником и должен стыдиться себя.

Я присоединился к церкви, потому что был согласен с ее Уставом. Разве и вы не сделали то же? Несомненно, каждый член церкви должен уважать Устав. Если бы я не верил в учение церкви, если бы меня не устраивал порядок ее деятельности, обязанности и права ее членов, я бы не стал присоединяться к ней. Я и не имел бы права на членство, и меня не следовало бы принимать в члены. Принимать в члены церкви или иного общества человека, не согласного с принципами, учениями, правилами и целями этой организации, значит — вести подрывную деятельность. Ни один уважаемый человек не пошел бы на это, и ни один уважаемый служитель не допустил бы этого. Ни один клуб, ни одно общество не принимает в члены тех, кто искренно и без принуждения не принимает правила организации. Если эти мирские учреждения заботятся о своей чистоте, то как вы — дьяконы, пастор и члены церкви — осмеливаетесь пренебрегать великими учениями, правилами, правами и обязанностями церкви Божьей? Ответственность за это перед Богом лежит на вас, дьяконах. Вы были назначены хранителями Устава, ваш долг следить за тем, чтобы он соблюдался и чтобы церковь оставалась чистой. Но вместо этого Устав забыт, презираем и попираем ногами.

Мужи Божии, которые составляли Устав этой церкви Божьей, собирающейся в «Метрополитан табернакле», не были фанатиками, еретиками и мошенниками, они были святыми мужами, движимыми Богом. Среди них были такие люди, как Джеймс Лоу, Томас Олни, Дж. Мур, У. Поттер Олни, Томас Кук, Т. Г. Олни, Г. Татнелл, У. Хиггс, Е. Дж. Инскип, Б. У. Карр, Ф. Пассмор, Генри Гринфилд, Джон Уард и, величайший из всех, Чарльз Хаддон Сперджен, которого нынешняя церковь недостойна. Эти святые мужи, движимые Богом, не только дали нам дом для собраний, которым мы с превеликой радостью пользуемся, но они также оставили нам хорошие принципы организации, которые мы отбросили. Устав церкви выражал их волю, их убеждения и веру, и ему должен следовать каждый член церкви, а тем более служитель и пастор.

Почему же на Устав почти не обращают внимания? Почему вы, дьяконы, спрятали его под сукно? Вы позволяете себе нарушать многие положения учения и устройства церкви. Самым первым положением устава является требование, чтобы пастор придерживался так называемого кальвинистского богословия и чтобы он занимал свой пост лишь до тех пор, пока он сохраняет эти богословские убеждения. Он не имеет права проповедовать, если у него другие убеждения. Вы же позволили себе забыть эти истины, и арминианство заняло их место. Другое положение Устава звучит так: «В члены церкви не может быть принят человек, который не придерживается так называемого кальвинистского богословия». Но сейчас членом может стать кто угодно. Не предпринимается никаких попыток сохранить единство веры. Впрочем, среди нас уже давно нет единства. Ни старейшины, ни дьяконы, ни казначей, ни пастор не несут своего служения в соответствии с Уставом. Во всем виден упадок, но вам, кажется, нет никакого дела до этого. Все наши права и свободы были тайком похищены у нас, им на смену пришла тирания, унизившая и поработившая нас. Вы относитесь к Божьему народу так, как будто он ваш. Вы и пастор «господствуете» над ними, и вы виновны в беспорядке, расколе, распрях, злобе и ненависти, которые завладели нашей церковью. Дела плоти торжествуют. И это продолжается уже долгое время. Вы виновны в этом.