Читаем Заблудшие полностью

— Вот! В этом вся ваша сущность! Вам бы только пресекать наши права, затыкать свободную прессу, но только мы живем не во времена Нюрнбергского процесса, и теперь СМИ могут не намного меньше полиции, а если вы сейчас же меня не пропустите, то я напишу в своей статье такое, что те самые гестаповские генералы будут умиляться своей добродушности! — Не менее остро ответила девушка. — Я приехала сюда к мисс Уна Сиху и не собираюсь распространяться о своей личной жизни.

— Если Вы приехали сюда по личным причинам, то зачем вмешиваетесь в расследование? — Задала закономерный вопрос Кетрин.

Элеонора обозлено дернулась, надула губы и скрестила руки на груди, как обиженные ребенок.

— Не надо нас пугать, леди. Я думаю, что независимо от того пропустят Вас или нет, Вы напишите все в настолько преувеличенном свете, что даже Джек-Потрошитель будет трястись в могиле от страха. — Неприменул вставить слово комиссар Лафарг, проявивший наряду с другими участниками спора торжество своей фантазии в плане сравнений.

— Это прямое оскорбление! Я могу подать в суд за клевету! Еще никто не обвинял меня в том, что я неверно доношу факты! — Отвечала им Элеонора.

Наконец, Кетрин, до этого безразлично наблюдавшая за текущим спором, в итоге решила вставить свое слово.

— Мэм, думаю, в силу своей высокой компетентности Вы априори не могли бы излагать факты «не верно», как Вы выразились. В силу того, что факты вещь упрямая, то изложить их можно только так, как они существуют на самом деле иначе они и фактами, собственно говоря, не являются. — Кетрин говорила спокойно, сдержанно, без доли надменности или иронии. Ее вежливость и хладнокровность сделали свое дело, и Элеонора впервые за несколько минут замолчала, выслушивая оппонента. — Я, как и другие, здесь присутствующие, безусловно, признают довольно высокий уровень Вашей осведомленности и грамотности, из чего мы можем заключить, что такой специалист как Вы использует в своей работе только факты и ничего кроме фактов…

Элеонора хотела что-то сказать и уже открыла рот, но речь агента Робинсон, заставила ее закрыть рот обратно.

— Соответственно остается только одно — непоследовательность изложения, так как, как я уже сказала, факты не могут быть изложены иначе, чем они есть на самом деле. Но от качества их изложения зависит интерпретация и общая картина событий. Вы могли бы упустить некоторые детали, которые показались бы Вам несущественными, или поменять причины и следствия местами, что естественным образом исказило бы картину изображаемого. Но это, отнюдь не является аргументом в пользу Вашего невежества или необразованности, а скорее, является отпечатком профессии, которую столь милая молодая леди избрала для себя в качестве поприща для раскрытия своих, уверена, многогранных талантов.

Кетрин проговорила все это так, словно была лет на пятнадцать старше Элеоноры и уже с высоты своего огромного опыта советовала девушке как поступить. Ее абсолютное спокойствие поразило даже Майкла, который никогда не видел ее настолько выдержанной и величественно-безукоризненной, в то время как обычно она была импульсивной, эмоциональной и чересчур вспыльчивой. Что уж и говорить о Марлини и Лафарге, те вообще стояли как громом пораженные, не зная теперь как начать разговор. Элеонора и сама растерялась от происходящего, она никак не ожидала подобного приема, так как привычнее для нее были скорее те «штыки», которыми ее встретили в самом начале.

На это замешательство и рассчитывала Кетрин. Она прекрасно понимала, что с людьми, привыкшими к одному типу обращения, стоит только повести себя слегка по-другому, и они сразу потеряют почву под ногами. Журналистка, очевидно, заготавливала аргументы против не слишком приветливой встречи с полицией и ФБР и столь вежливое поведение агента ее обескураживало.

— Что ж, в таком случае, я думаю, нам больше не стоит отвлекать друг друга от не менее важных дел. Так как каждый, кто считает себя профессионалом, а ими здесь все находящиеся, безусловно, являются, может быть таковым, только если не тратит ни одной свободной минуты на расслабление, если его ждут незавершенные дела. Уверена, что и у Вас, как у сверхквалифицированного специалиста, найдутся такие дела. Всего доброго.

В завершение Кет мило улыбнулась опешившей девушке и, повернувшись, спокойно зашагала в сторону поселка. Агенты Гордон, Марлини и комиссар еще несколько секунд простояли в том же оцепенении что и журналистка, но потом, все-таки очнулись и проследовали вслед за женщиной.

* * *

— «Никто не сомневается в Вашей компетентности» — Повторил ее слова Майкл, шедший рядом с девушкой и до сих пор не пришедший в себя от услышанного. — Как ты ее отшила! Потрясающе! Честно говоря, когда ты начала выступать, я думал, что ты сейчас просто заедешь ей кулаком по носу — это было бы как раз в твоем стиле, но это… — Майкл обернулся, еще раз убедившись, что Элеонора действительно уехала.

Кетрин только слегка улыбалась, будучи довольна своим ораторским искусством, но виду не подавала.