"Если тебе будет угрожать хоть малейшая опасность, или что-то тебе покажется подозрительным, пожалуйста, дай мне знать".

"Хорошо. Обещаю, что буду осторожна".

Внизу клубились сиреневые сумерки, из которых медленно вырастали корпуса стихийных магов. Мы прибывали на Землю.

Часть III. Шесть Галактических сотых.

Глава 14.

В Заповеднике мы расстались. Рассвет, еще раз предупредив меня об осторожности, отправился в пещеру излагать сложившуюся ситуацию Старейшим. Я же повернула стопы к начальской избушке - докладывать удручающую обстановку Борису Ивановичу.

– Хммм, - выпускало мрачные клубы дыма начальство. - Хммм… Так ты говоришь, нас вычисляют по плохой защите Источника? Хммм…

– Ну да, - отпила я из чашки, попутно подумав, что придется мне булькать и без того переполненным животом. Но привычка чаевничать у начальства оказалась сильнее воплей булькающего организма.

– Хммм… А как давно нарушена защита, он не сказал?

– Нет, - скуксилась я. - Я как-то не подумала об этом спросить.

– Хммм… Это не важно. Важно то, что теперь мы знаем, как обезопасить наш мир. Признаться, я не ожидал такого скорого результата. Хммм…

– Что, уже близок свет в конце тоннеля? - Обрадовалась я. - То есть, нам осталось только спрятаться от галактических мещан, и дело в шляпе?

– Хммм… Чувствую в твоем голосе презрение.

– Это не презрение, - покраснела я.

– А что это? - Уже куда более бодрым голосом осведомилось начальство. Выпустило серию колечек.

– Не знаю.

– А ты подумай, - пожелтело оно глазами.

– Это настолько важно?

– Как ты думаешь, кому придется отправляться на "участок", как ты выражаешься?

– Мне. И что с того?

– Нельзя недооценивать противника, - изрек волхв прописную истину нудным голосом.

– Ладно, - буркнула я. - Попробую поработать мозгами, если вы так настаиваете.

– Настаиваю.

Я устроилось поудобнее в кресле, и принялась размышлять. Много времени это у меня не заняло:

– Нельзя жить только семьей и вырванными с корнем подорожниками! - Через какие-то пять секунд выпалила я. - Нельзя настолько забывать о себе и своей природе!

– Вот мы и докопались до истины, - выдохнул синюю птичку волхв. - Ты опять судишь о других по себе.

– И?

– Возможно, этим существам вовсе не свойственно, хм, шило в одном месте. Не спорь. Я знаю, что преувеличиваю, и на самом деле, тебе просто интересна жизнь во многих ее проявлениях. И что ты до смерти боишься лишиться этого самого интереса, так? Потому что думаешь, что, заведя себе постоянное место жительства, превратишься в толстую, несимпатичную мещанку? И поэтому ты бежишь даже из своей замечательной избушки? Так?

– Так. Но могли бы выражаться и полегче. И, потом, что в этом плохого?

– Ничего, - не встретив сопротивления, перестал давить на меня волхв. - И ты мне очень симпатична. Хотя, страхи у тебя, признаться, все, как один - дурацкие. Особенно тот, про "оседание и изменение габаритов".

Ого! Значит, симпатична? А зачем тогда браниться?

– Потому что нельзя соваться с такими предубеждениями в стан серьезного противника, дурья твоя башка! - В момент озверело начальство. Схватилось за голову. - Как бы я хотел быть на твоем месте…

– Почему?

– Потому что ты еще младенец! Я не говорю сейчас о судьбах, кармах и предназначениях. Но, пойми меня: тебе угрожает опасность! Неужели ты этого не понимаешь? Твои шансы заткнуть тот "портал" практически равны нулю!

"Откажись!" - Постучался ко мне в голову вопль волхва. И, куда тише: - "Возможно, нам поможет Тесла".

– Нет. Вы уж будьте на своем месте. А я - на своем. Мне надо спасти моего друга.

– Я так и знал. Хорошо. Тем паче, что даже если ты уцелеешь, нам поможет только чудо.

Вот тебе и "на"!

– Почему?

– Ты думаешь, денебцы пробили ткань нашего мира только в Урске?

По моей спине поползли мурашки:

– А что, нет?

– Мы зафиксировали уже двадцать пробоев по всему нашему миру. Большинство их пришлось на Африку и Канаду.

– И что? Вон, в одном Новосибирске десять ходов на изнанку…

– Ты правда не понимаешь всей серьезности положения? - Почему-то повеселел волхв.

– Нет, - постаралась я проникнуть в причину веселья начальства. По нулям. Телепат наглухо закрыл свои мысли.

– Я тебе отвечу старой детской загадкой: "Что лучше, умереть, или иметь семь дырок в голове?"

– Семь дырок, - буркнула я.

Что-что, а количество отверстий от глаз, ушей и иже с ними, были мной подсчитаны еще в далеком детстве. А потом меня разобрало любопытство:

– А что, на изнанке задают те же самые загадки, что и у нас в детском саду?

– Наши миры очень похожи, Лиса. И, возвращаясь к нашему разговору. Бывают уместные дырки: такие, как тот проход на изнанку, на что находится вон за тем шкафом.

– И?

– Это были только цветочки, Лиса. Чует мое сердце, что, потерпев неудачу с отдельно взятыми денебцами, ониих соединят… Одну минутку… Алло! Лису? Одну секунду, сейчас я ей передам, - справился с отвисающей челюстью Борис Иванович, и зажал трубку рукой. - Ну ты даешь! Держи, это тебя.