Читаем Забияка полностью

– Нет, - небрежно ответило начальство. - Нечем.

Я собралась с силами.

Урск. Сила восьми волхвов. Лестница. С

Громадный сводчатый зал. Нет!!! Паника. Ужас тела, которому угрожает опасность разрушения личности. Опасность потери контроля над ситуацией, опасность потери себя. Тогда, в подземелье, в непосредственной близи от денебца, меня поддерживала мощь восьми волхвов. Но это не означало того, что мое тело не запомнило того поля, что пронизывало его насквозь.

– Нет!!! - Из последних сил рванулась я от недавнего прошлого.

В комнате было все по-прежнему. Сидел напротив Сан Саныч, глядел понимающе на меня. Металлист был занят борьбой противоречивых чувств, глаза технаря горели какой-то гениальной идеей. От волхва шли ощутимые потоки силы.

– Извини, - коротко сказал он. - Я не подумал о том, что это может быть настольконеприятно. Наверное, мне лучше было попросить бы мог попросить Илью, но он у нас, к сожалению, всего лишь человек. Попробуем еще разок…

Краем глаза я заметила, как покачнулся и сник металлист.

– А я у нас кто? - Немедленно взвилась я.

– Человек, - с деланным спокойствием пожало плечами начальство. - Но, тем не менее, память у тебя должна быть устроена немного иначе. Не зря драконий Источник находится на Огненной. Ты купалась в нем, ты должна лучше понимать денебцев. Напрягись, Лиса, это…

– Важно для дела, - закончила я за начальство его коронную фразу. - Хорошо. Я вспомню. Но только, если можно, закончим с этим поскорее.

И снова были своды подземелья, и снова висел в земном воздухе денебец. Мерцали темно-темно-багровые искры, пели о безопасности Родины. Как же я не почуяла этой песни в прошлый раз?

– Тебя вела совсем иная сила, - услышала я голос волхва. - Она забивала поле денебца практически полностью.

Картинка вздрогнула, и пропала. Пустой желудок судорожно дернулся, язык щипануло соляной кислотой.

– Поэтому ты и не почуяла. Спасибо, Лиса. Я теперь знаю, с кем мы имеем дело.

– С кем? - мгновенно забыла я о неприятных ощущениях во рту.

– По сути дела, с верхушкой госбезопасности планеты Огненная, - недобро прищурился волхв. - И я бы очень хотел знать, почему он сделал то, что сделал. Нет, другого, из второй тюрьмы, вспоминать не надо. Я и так знаю, кто там был.

Волхв сердито забарабанил пальцами по столу. Задумчиво пожевал мундштук. Опять побарабанил. Я тихо ахнула:

– Дедок Василий! Денис Мракович!

– Что "Денис Мракович"? - Строго посмотрел на меня Борис Иванович глазами темно-желто-ржавого цвета.

– Он тоже прикидывался! Точнее… - я замялась, не в силах высказать распиравшую меня догадку словами. Про то, что, возможно, очередной метровый морской еж скрывался под оболочкой денебского особиста.

В ответ волхв лишь отрицательно покачал головой:

– Увы, дитя мое, - грустно сказал он. - Это невозможно.

– Но почему "увы"? - Оторопела я.

Волхв ответил далеко не сразу. Вынул изо рта трубку, отложил ее, пропитанную запахом яблони, в сторону, и оглушительно свистнул. Спустя пару мгновений материализовался заспанный домовой. Ничего непонимающий, трущий глазенки мохнатыми лапами.

– Я же трудился ночью, - обиженно изрек он.

– Извини, Гоша, - сказал Борис Иванович. - Нам бы настою ментального. Только ты его готовить умеешь, и больше никто.

Домовой было хитро прищурился. Видать, собрался было лишние часы сна выторговывать, но потом посмотрел волхву в глаза, и передумал.

– Через пятнадцать минут, - немного грубовато буркнул он. - Ждите.

Исчез. А волхв вернулся к прерванной беседе:

– "Увы"… - сказал он. - "Увы"… "Увы" потому, что денебцем нельзя прикинуться. Им можно только быть. Но это еще не самое печальное, друзья мои…

Борис Иванович затянулся, и выдохнул просто дым. Затянулся по новой. В комнате висела гробовая тишина.

– И это не самая печальная причина того, почему "увы", - повторил он. - Вы никогда не замечали, друзья мои, - обвел он красным взглядом всех присутствующих, - что люди порой изменяют своим принципам?

Мы вразнобой кивнули. Случается такое с людьми, и довольно часто. Но.

– Но ведь денебцы - не люди, - выразил общую мысль металлист.

– О да! - С жаром подтвердил истинность слов своего сотрудника Начальник Заповедника. - И это - особенно плохо. Они не изменяют своим принципам… с такой же легкостью, с какой это делают люди.

– Объясни, что имеешь в виду, Иваныч.

– Легко, Сан Саныч. Мне как-то довелось наблюдать заядлого вегетарианца, заблудившегося в дремучем лесу, - не ответил волхв на накал страстей в голосе сотрудника. - Был конец августа, в лесу было полно грибов и ягод…

– И? - Уже куда более мирно спросил бывший вояка.

– А он, проблуждавший всего четыре дня, жрал белку. Как дикий зверь. Когда он начал трапезу, та еще была жива. Царапалась, верещала… Что, Лиса? Почему я не вмешался? По многим причинам. Так вот, когда он сожрал ее вместе со шкурой и костями…

– Хватит! - Я была готова ударить волхва.