Читаем Забияка полностью

Мои мозги принялись переваривать полученную за последнее время информацию - о магах-эмпатах, и о их возможной связи со стихиями. Получалось, что светлым эмпатам была прямая дорога в корпус огня. А темным - в Дерево. Судя по виду друида Макса, и его отношению к своему посоху, в последнее не верилось абсолютно. Я поняла, что запуталась. Смущенно посмотрела на Бориса Ивановича.

Тот с ироничной улыбкой наблюдал за мной.

– Утомилась? Окончательно?

– Похоже на то…

– Так идем обедать, - повеселел он. - Жуть как кушать хочется!

* * *

Я ожидала, что мы пойдем в огромную, способную вместить всех обитателей Заповедника, столовую. Но я ошиблась - экскурсовод повел меня в свой "кабинет", что располагался среди корпусов стихийных магов, на незанятой центральной территории между ними. Представлял он собой выросшую из земли избушку - только курьих ножек не хватало. Крышей служила листва, водоотталкивающая, как выяснилось позднее. Из трубы вился еле-еле различимый дымок, точнее, струйка горячего воздуха.

– Друиды постарались, - смущенно сказал хозяин.

Глаза его приняли зеленоватый оттенок. Видимо, в честь "строителей".

– А как же огонь? - засомневалась я.

– Ну, во-первых, деревья в лесу тоже порой гибнут. А во-вторых, огонь магический, ему подпитка не нужна.

Мы поднялись по ступенькам, и дверь сама распахнулась навстречу. За порогом оказался небольшой холл, из которого вело несколько дверей. У стены стояла полка для обуви, над ней располагалась вешалка - ничего особенного, в общем. Разувшись, я следом за хозяином направилась к самой большой по размеру двери. Внутри было весьма уютно, но как-то очень обыденно, если отвлечься от магической природы того же огня в камине. Помимо камина, в комнате находился стол, стул, кресло, да пара шкафов с книгами. По стенкам вились растения, образуя замысловатые узоры.

– Располагайся, где тебе удобно, - гостеприимно предложил хозяин.

Я, не мучаясь ложной скромностью, тут же забралась в уютное на вид кресло у камина. Оно чуть тормознуло с подгонкой габаритов, а потом приняло уютную для меня форму. Я рискнула здоровьем (мало ли, вдруг у хозяина пунктик?), втянула ноги. Кресло немедленно отозвалось дополнительной корректировкой конфигурации. Борис Иванович усмехнулся. Я приняла это за разрешение.

Устроив меня, хозяин уселся за стол, достал из ящика простецкую холщовую скатерку, нажал на столе кнопку и произнес: "на двоих". Откуда-то из-под потолка раздалось: "гость или гостья?"

– Гостья, - недовольно ответил хозяин дома.

Скатерть сменила ткань на бархат изумрудного цвета, появилась непочатая бутылка красного вина и два высоких бокала. Следом материализовались чуть оплывшие свечи, затем ваза с фруктами… Борис Иванович покраснел. Я сдавленно хихикнула.

– Да войди ты в комнату, наконец! - не выдержал мой экскурсовод.

Он не вошел, но материализовался. Домовой. Существо ростом не более полуметра, енотообразное, с полосатым хвостом и человеческим выражением "лица". Одетое (одетый?) в парадный лакейский сюртук.

"Ядрена кочерыжка!" - чуть было не вырвалось у меня.

– Гоша, - вежливо представилось оно.

То есть он. Мы уставились друг на друга.

– Лиса, - проявила вежливость я.

– Понятно, - оглядев меня с ног до головы, резюмировал Гоша. - Не дама.

Исчез. Я пожала плечами. На даму в спортивных, пусть даже фирменных, штанах, да еще "с ногами" в кресле я действительно не тянула. Так что, не стоит и обижаться… на домовых!

Скатерть тем временем поменяла цвет и материал, снова став холщовой, но уже в широкую синюю клеточку. Вино исчезло, бокалы и свечи тоже. Зато появился самовар, заварочный чайник и кружки. А также хлеб, тарелки с супом - словом, все, что нужно голодному человеку для обретения счастья. Последним появился стул. Для меня. Я соскочила с гостеприимного кресла, подсела к столу.

Не успели последние крошки убраться со скатерти-самобранки (тоже портала, только хозяйственного, как выяснилось за беседой в ходе обеда), как завыла сирена. Борис Иванович на миг выпал из реальности. Вернулся озабоченным. Вскочил.

– Эмпаты разошлись не на шутку, - торопливо пояснил он мне, складывая скатерть и убирая ее в стол. - Ты тут почитай что-нибудь, а я скоро буду.

Я открыла брошюрку потоньше.

"Никола Тесла" - прочла. В голове дисциплинированно всплыло то, что "тесла" - это единица измерения магнитной индукции. Собственно, больше там ничего на эту тему не обитало. Ну, если не считать того, что где-то на задворках памяти мелькнула информация о том, что каким-то похожим именем назывался самолет Ричарда Баха. Того самого, который написал "Чайку по имени Джонатан Ливингстон". Но в этом я была не так уверена, как в магнитной индукции. Оставалось заполнить пробелы в образовании. Спустя какое-то время я была уже обладательницей следующих бесценных сведений:

"Изобретатель Никола Тесла родился в Сербии 9 июля 1856 г. Вид имел демонический, чему немало способствовали высокий рост, худоба, впалые щеки и пристальный взгляд горящих глаз.