Читаем За облаками – солнце полностью

Здесь богатство обрело запах и текстуру – роскошные ароматы и пышная пена ванны, обертывание, массаж, ловкие руки мастеров, маникюр, педикюр… Какой тон вы предпочитаете? Да, мы видели платье, и палитра, предложенная вам, подобрана с учетом его цвета. Вы хотите ваш собственный аромат или предложить вам последние разработки ведущих парфюмерных брендов? Позвольте рекомендовать вам… Расслабьтесь и доверьтесь нашему мастеру. Само собой, Лара расслабилась только после того, как детально обсудила с мастером, что именно он собирается делать с ее волосами, а с визажистом – тон и яркость макияжа.

Но результат… результат превзошел ее самые смелые ожидания. Лара стояла перед зеркалом в холле и не могла оторвать взгляд от своего отражения. «А ведь я красива…» Чуть высокие скулы и яркие глаза, брови, которые не нуждаются в краске, гладкая, естественно смуглая кожа. Внезапно где-то глубоко вспыхнуло раздражение: как так получилось, что раньше она не носила таких роскошных платьев, не бывала на приемах? «Разве я недостаточно хороша?»

Она бросила взгляд на улицу. Сквозь стеклянные двери видна была машина Игоря; как и договаривались, он приехал к условленному часу. Большой, лаково блестящий внедорожник, отделанный внутри кожей и деревом. Игорь курил, стоя подле машины. Лара разглядывала его как нечто новое, только что увиденное. В принципе ничего особенного: невысокий, светлые волосы и брови, за собой следит, но, судя по фигуре, лет через пять станет рыхловат. И волосы поредеют. Но костюм сидит на нем безупречно, ботинки ручной работы, серебряный с кожей портсигар: в этом сезоне курить из пачки – дурной тон. Что ж, вполне достойная оправа для ее красоты.

Лара вдруг испугалась того, что собирается сделать, сердце кольнула мысль об обручальном кольце, которое она сняла и спрятала в кошелек. Лара в смятении оглянулась, словно ища путь к отступлению, но увидела лишь охранника и администратора салона – даму неопределенного возраста, но безукоризненного стиля. Та, уловив растерянность клиентки, подошла и, смахнув несуществующую пылинку с рукава болеро, тихо сказала:

– Такую красоту нельзя не показать. Идите, и пусть все будет так, как хочется.

– Спасибо, – прошептала Лара. – Моя сумка с вещами…

– Женщина в таком платье не может нести спортивную сумку. Идите, а Леша за вами.

Она кивнула, и охранник подхватил спортивный баульчик.

Лара шагнула к дверям. Они разъехались, выпуская ее на шумную московскую улицу. Она скорее чувствовала, чем видела, как оглядываются на нее проходящие мимо люди… Игорь повернулся к ней. Но на лице его нет привычной милой и дружеской улыбки. Он не пошел ей навстречу. Стоял на краю тротуара и несколько долгих секунд смотрел так, словно видел Лару в первый раз. А потом распахнул дверцу, приглашая ее сесть. Они как-то коротко и бестолково поздоровались, и машина рванула вперед.

Игорь молча гнал машину по запруженным московским улицам.

– Ты не слишком быстро едешь? – удивленная его молчанием и почти вещественным напряжением, спросила Лара.

– Нам нужно заехать ко мне, – сказал он. – Я кое-что забыл.

Лара растерялась, но раз забыл… Он бросил машину у подъезда, почти бегом бросился в парадное. Лара сидела в машине, чувствуя себя неуверенно и все больше раскаиваясь в том, что вообще согласилась на эту авантюру. И так не похоже на Игоря: не сказать ничего о платье… может, ему не понравилось? Она не успела расстроиться окончательно, как Игорь появился из подъезда, сжимая в руке небольшую продолговатую коробочку. Он сел в машину и, повернувшись к Ларе, сказал:

– Вот. Этого не хватает твоему платью.

Он открыл бархатный футляр, и перед глазами молодой женщины засверкали золото и камни.

Нет, наверное, на свете такой женщины, которая могла бы равнодушно взирать на выдающиеся произведения ювелирного искусства. Лара никогда особо не увлекалась драгоценностями, но теперь у нее вдруг пересохло во рту, а где-то внутри появилось странное чувство, словно бабочки порхают в желудке. Вещи, подобные предложенному ей украшению, она видела только в Алмазном фонде, когда была там на экскурсии с классом Данилы. Тонкие веточки металла, изломы которых образуют странно гармоничный узор. Золотые листья, похожие на виноградные, видны прожилки, и в поле некоторых листьев каплей росы или спинкой жука вставлены камни: овальные, гладкие, разных травянисто-зеленых оттенков. И на нижнем листочке, на том, что пришелся в центре, – свисает самый крупный каплевидный камень.

– Это что? – почему-то шепотом спросила Лара.

– Это колье моей прабабушки, – тихо отозвался Игорь. – Начало двадцатого века, модерн. Она была очень красивая женщина, и у нее были зеленые глаза. И муж, который любил ее безумно. Продал имение, чтобы заказать ей это колье, еще когда ухаживал за ней.

– Это изумруды? – Лара опасливо коснулась металла, потом провела пальцем по прохладной поверхности камней.