Читаем За час до убийства полностью

Вертлявый хладнокровно прикрыл лицо покойника, по которому стекала струйка крови, газетой (мало ли, встретится чья-то машина?) и с проселочной дороги стал осторожно поворачивать в лес. Неподалеку он нашел глубокую яму, выволок из машины труп и сбросил его на самое дно. Туда же последовал и опустошенный портфель Захатова, а также и все его вещи, которые шеф взял с собой, отправляясь на дачу.

Тело и вещи Вертлявый забросал ветками, а сверху густо присыпал листвой. Теперь у килера в сумке (заранее приготовленной) лежала солидная сумма наличных, за поясом торчал опробованный в деле пистолет с глушителем.

Весело мурлыча себе под нос, Николай направлялся на дачу. Нужно было избавиться еще и от ненужных свидетелей – Компота, его друга-«провокатора», а главное, от напарника Валеры. Ведь именно Босс придумал всю эту коварную штуку – как избавиться от надоевшего шефа и выудить у него при этом кругленькую сумму.

Но Николай не собирался делиться награбленным с «коллегой». Валера, кстати, тоже.

Трещит «комок», словно теремок…

– Ну что, Витек, вот и пришел наш последний час? – затосковал Семен, когда их, связанных по рукам и ногам, бандиты сбросили, словно мешки, прямо на пол дачного домика Захатова, а сами ушли, видимо, отложив казнь пленников на более подходящее для них время.

– Ну, это ты брось! – решительно отрезал Компот. – Я еще жить хочу! Я только два часа назад пить бросил! Навсегда! И вдруг – на тебе! Мы еще с негодяями за нашу светлую жизнь поборемся!

С этими словами Компот, словно фокусник в цирке, вдруг сбросил путы со своих рук и ног. Только сейчас Семен заметил блеснувшую в его пальцах пластинку, что-то вроде медиатора для гитары, только из металла, острого, как бритва.

Благодаря изобретательности Компота, довольно быстро был избавлен от веревок и Семен. Теперь пленники занялись тем, что устроили баррикаду, завалив подвернувшейся мебелью входную дверь. Снаружи ее запер охранник Валера.

– Так почему ты меня называешь миллионером? – Растирая отекшие руки, продолжал Виктор как ни в чем не бывало разговор, прерванный неожиданным вторжением бандитов. По всему чувствовалось, что тема эта для него приятна.

– Как же ты не понимаешь? Ведь если бабушка продаст хотя бы одну из квартир, у нас будут средства, чтобы начать свое дело!

– Ну, на это она вряд ли согласится!

– Ты не обижайся, Витек, но если об этом попрошу ее я – она не откажет.

– Ну, хорошо! А кем ты станешь в нашей конторе? Директором!?

– Нет-нет! Я уже себе новую должность придумал – я буду менеджером!

– А я?

– А ты будешь исполнительным директором!

Витя удовлетворенно кивнул головой, хотя слово «исполнительный» ему не совсем понравилось.

– И будем мы с тобой заплывшие от жира эксплуататоры… Как это говорится в Псалме?

– «…Выкатились от жира глаза их, бродят помыслы в сердце, – процитировал Семен, – над всем издеваются, злобно разглашают клевету, говорят свысока…»

– Да это точь-в-точь о Захатове! – восхитился Витек. – И все богатство прямо бежит ему в руки!

– Но там о завидующих захатовым есть такие слова: «…Когда кипело сердце мое, и терзалась внутренность моя, тогда я был невежда и не разумел, как скот был я перед Тобою!»…

– Но почему?

– А это я тебе уже разъяснял: «…Так! На скользких путях поставил Ты их и низвергаешь их в пропасти. Как сновидение по пробуждении, так Ты, Господи, пробудив их, уничтожишь мечты их…» (Семен прямо-таки пророчествовал, еще ничего не зная о гибели Захатова и его подручных!)

– Ну вот, такая, значит, участь ждет и нас с тобой! – горько усмехнулся Компот, – мы же будем… капиталисты!

– Не капиталисты, а предприниматели!

– А какая разница?

– Большая! Мы работать будем и «с прочими людьми подвергаться ударам», а, значит, не будем жиреть и совесть не потеряем!

– Ну ладно, убедил, – произнес умиротворенный Компот, который и противоречил-то только для виду. Невдалеке раздался стук. Семен и Виктор насторожились, прислушались: нет, это хозяин одной из ближайших дач, суетился, отъезжая. Узники перевели дух. Палачи не спешили. У них, видимо, своих забот хватало.

Страшную, тревожную ночь провели пленники, занимая себя воспоминаниями о пережитом.

– Ты лучше расскажи, Семен, о том, как ты сам занимался бизнесом в своем ларечке!

– Пора, ей – Богу, начать летопись грабежей и разбойных нападений на пензенские коммерческие киоски. – Так начал Семен рассказ о своих злоключениях в сфере бизнеса. – Столько в этой истории будет неожиданного, столько поучительного! С какими орудиями совершались налеты? Не упоминаем про банальные обрезы, пистолеты и ножи. Запишем в необычную летопись топоры, ножницы, гантели и даже… огородную тяпку!

«Подстава»

Последнюю историю об ограблении ларька Семен начал с печального вздоха. Дело в том, что жертвой ограбления стал он сам, а напал на него… Словом, после такой подлости Семен навсегда распрощался с торговлей.

Что там школьники – ворюги, что там налетчики-гастролеры, маскирующиеся под налоговых инспекторов! Бомбят несчастные «комки» и такие люди, от которых, кажется, ничего подобного и ожидать нельзя…