Читаем За борт! полностью

Прибыв на корабль, Амалия в знак примирения осторожно обняла мать. Но о собаке на всякий случай обе избегали говорить. В этот день все ждали прощального вечера, поскольку в последний день круиза пассажиры заняты сбором вещей. Эллен представился последний повод щегольнуть в вечернем платье Бригитты, но у нее пропала охота к блистательным выходам в общество, и уж точно ей было безразлично, произведет ли она впечатление на Ансгара и тем более на «блестящего».

Слава богу, когда зазвенел мобильный телефон, Амалия вышла из каюты. Герд заметно нервничал и говорил так, будто запыхался.

— Надеюсь, у тебя все хорошо. Позже я расскажу, как все прошло. Ты упаковала вещи Ортруд?

— Да, еще утром все уложила. Чемоданы сразу были отправлены.

— Тебе среди ее вещей ничего особенного не попалось?

Эллен подумала о свитере и о флешке, и у нее на душе заскребли кошки.

— Нет, ничего, кроме одежды и косметики. Мне помогала Амалия. Мы проверили все, включая сейф.

— Огромное спасибо за труды. Жаль, что пришлось вас оставить. Надеюсь, несчастный случай не сильно всех расстроил?

— Мне тебя очень не хватает. Но ты не сказал, как отреагировала твоя дочь?

— Я до нее пока не дозвонился. Похоже, она улетела. Но об этом я тебе расскажу позже. Сейчас мне предстоит встреча с ее подругой, думаю, она в курсе, что и как. Люблю, и передавай привет дочери!

На этом связь прервалась. Эллен подумала, что сейчас она наконец-то может лечь в ванну и расслабиться. Нежась в горячей воде, она вспомнила одну старую песенку. Хоть мы и не королевские отпрыски, но можем похвастаться куда более необыкновенными судьбами, думала она, нас обеих подсунули чужим отцам.

Эллен решила немного изменить текст и пропела:

На праздничном обеде Амалия с Эллен рассчитывали сесть за свой наполовину опустевший столик. Но в последний момент возник Ансгар и ласковыми уговорами увлек их за более широкий обеденный стол, где уже сидели Валерия, «блестящий» и «инопланетянка» (предположительно самая богатая пассажирка на борту), а также «толстяк-дитя» со своим «бауарским» папашей. Они представились друг другу, что пришлось очень кстати, поскольку Эллен знала большинство пассажиров только по навешанным Амалией кличкам. После нескольких ни к чему не обязывающих фраз о погоде и меню можно было перейти к трагической судьбе Ортруд. Об этом событии всем за столом, похоже, было известно.

— Если речь идет действительно о суициде, — вступила Валерия, — то нужно исследовать, какие факторы сыграли свою роль — психосоматические или наследственные. Сегодня я не буду заказывать рыбу.

«Инопланетянка» тут же возразила:

— Полная чушь, дитя мое! Дело ясное, это не самоубийство! У мужа были все основания от нее избавиться. Будь я криминалистом, то вела бы расследование именно в этом направлении и на всякий случай подключила хорошо обученных водолазов.

— Чтобы они обследовали все Средиземное море? Я слышал, что поиски тела объявлены безрезультатными, — вставил «бауарец».

Последняя реплика возмутила «блестящего»:

— Вы в самом деле находите, что нет более подходящей темы для разговора за столом, да еще в присутствии ребенка, чем трупы? Давайте лучше поговорим о чем-нибудь другом, например, о том, какой сюрприз ожидает дома нашу фрау Тункель. За время ее отсутствия в семье случилось пополнение — щенок.

Молчавшая до этого времени Амалия решила, что пора подключиться:

— Моя бабушка подобрала брошенного щенка. На ее месте так поступил бы любой человек. Мама, к сожалению, невротически реагирует на животных, но я думаю, что со временем она смирится с новым членом семьи.

— Какой породы? Сколько ему недель? — заинтересовался Ансгар. — Когда мы имеем дело с беспризорными детенышами, встает естественный вопрос: не привела ли потеря матери в очень раннем возрасте к тяжелой травме? В таком случае мы предлагаем помощь; если будут проблемы, звоните нам в любое время.

Эллен слушала лишь краем уха. По-видимому, уже все на корабле знали, что Ортруд была проблемной алкоголичкой и что из-за этого Герду приходилось несладко. «Инопланетянка» лишь озвучила то, о чем здесь, видимо, думали многие. «Господи, помоги! Ну и натворила же я дел! Из-за меня ему навешают убийство, — думала она. — Однако мне ни в коем случае нельзя впадать в паранойю. В конце концов, у Герда крепкое алиби».

На прощальном вечере все без исключения пили шампанское и слушали морские песни в исполнении артистов. Но до того состоялся благотворительный аукцион в пользу детской клиники для онкобольных, причем старая богачка ради такого дела рассталась с парой тысячных купюр. В конце вечера на сцену вышел директор круиза и продекламировал несколько стихотворений Рингельнатца,[26] того поэта, чье имя уже давно связано с приносящим счастье морским коньком.