Читаем You Would Never Know (СИ) полностью

И, в тот момент, когда Северус Снейп был меньше всего готов и собран, отворилась дверь.

Гермиона стояла в дверном проёме, рассматривая пол в метре от себя. Воодушевлённый класс начал громко радоваться, забыв о строгости профессора Снейпа. Гермиона, спустя несколько мучительно долгих секунд, подняла глаза, встречаясь с глазами Северуса. Это приравнивалось к тому, чтобы выйти в поле в разгар грозы и получить удар молнии в самое сердце.

Гермиона приоткрыла рот, чтобы вдохнуть воздух в застывшие лёгкие. В этот момент весь класс обступил её. Пришлось отвести взгляд от Северуса и улыбаться ученикам как ни в чём ни бывало.

Воспользовавшись тем, что в классе началась вполне ожидаемая суматоха, Северус провел ладонями по голове, стараясь успокоиться. На минуту он повернулся спиной к не обращающим на него внимания ученикам. На минуту он перестал быть профессором, героем войны, бывшим директором школы, деканом и прочее. На минуту он стал обычным мужчиной, который увидел любовь своей жизни после расставания. Сердце просто вырывалось из груди. Да что же это такое? Как мальчишка себя ведёт. Он должен немедленно стать нормальным. Заговорить. Он же профессор и это его работа - учить. Он должен суметь преодолеть себя и свои чувства, чёрт бы их побрал.

И минута закончилась.

Выдохнув, Снейп обернулся и сказал:

- Мы все очень рады возвращению мисс Грейнджер в школу, - весь класс замолк и повернулся к профессору, - Теперь кто-нибудь объясните нашей гостье, чем мы планируем заниматься.

Кто-то из толпы поднял руку. Но Северус молчал. А когда вытянутая вверх рука стала раздражать, ему пришлось сказать:

- Мисс, вы мне собрались рассказывать? Я вообще-то в курсе плана урока, если вы не заметили.

По классу прокатился смешок, а раскрасневшаяся ученица опустила руку.

- Не страшно, милая, - Гермиона обратилась к той самой девочке, - Расскажи мне, что мы будем делать сегодня?

Северус почти вздрогнул от звука её голоса. Да, она разговаривала с классом, здороваясь со всеми, но на ту минуту он оглох. Вокруг ничего не было. И теперь её голос - как гром среди ясного неба. Как часто он прокручивал его у себя в голове и как давно не слышал. Это слишком тяжело даже для человека, лгавшего Волдеморту много лет.

- Чудесно! - хлопнула в ладоши Гермиона, - Боггарты - это весело. Первые несколько секунд будут для вас очень пугающими, но потом мы все как следует повеселимся.

Гермиона всеми силами старалась не смотреть на Северуса. Старалась стоять к нему или спиной, или боком. Не хватало ей ещё одного разрыва сердца. Итак слишком уж больно.

Кто-то вскинул руку в толпе. Гермиона, опередив Снейпа, позволила студенту говорить:

- Да?

- Гермиона, а какой у тебя боггарт?

Радуясь тому, что ей удается держать себя в руках, заставлять голос не дрожать и при этом даже улыбаться, Гермиона ответила:

- На третьем курсе это была профессор МакГонагалл, сообщающая мне, что я завалила все экзамены.

Весь класс дружно засмеялся. Даже уголки губ Снейпа дрогнули в полуулыбке. Он также безмерно собой гордился. Никто из учеников даже не заподозрил, что что-то не так. Мило продолжают расспрашивать Гермиону про боггартов и её школьную жизнь.

Как бы ни хотелось продолжать слушать её такой приятный и родной голос, необходимо продолжить занятие.

- Итак, начнём, - хлопнув в ладоши, сказал Северус, - Выстройтесь в несколько рядов перед шкафом. Кто будет добровольцем и первый сразится с боггартом?

“А может ты и сразишься?” - про себя усмехнулась Гермиона, украдкой взглянув ему в лицо.

Он не смотрел на неё. И это почему-то было обидно. Но она не знала, что ему это стоит огромных усилий.

- Да ладно, неужели вы так боитесь боггарта? - развел руками Снейп, - Знаете, когда мисс Грейнджер, - Гермиона поперхнулась и закашляла, - училась в Хогвартсе на третьем курсе, профессор Люпин, вы все его знаете как героя войны, преподавал Защиту. И, я это всё вам передаю от первоистоичника, первым к боггарту вышел Невилл Долгопупс. И знаете, кем был его боггарт?

Все покачали головой. Только Снейп хотел продолжить, раздался смех. Такой громкий, звонкий и родной ему смех. И тут пришлось посмотреть на неё. На её растянувшиеся до ушей губы, приподнятые щеки и руки, которые уже поднимались, чтобы закрыть лицо.

- Да-да, очень смешно, - усмехнулся он.

- Я прошу прощения, профессор, - она впервые к нему обратилась.

Ну всё. Теперь самое время обоим падать в обморок.

- Так кем же был боггарт Невилла, профессор? - спросил кто-то из учеников, а Гермиона продолжала смеяться, интригуя этим всех и каждого.

Снейп прошёлся вдоль учеников, делая эффектную паузу, а затем сказал:

- Я.

Все начали переглядываться и улыбаться.

- Ребята, знали бы вы, во что Невилл превратил Се… - Гермиона покашляла, чтобы исправиться, - профессора Снейпа!

- Так, ну закончим на этом обсуждение Долгопупса, - оборвал её Северус, не скрывая улыбки, - Давайте, вперед, мне нужен доброволец.

В конце концов какой-то гриффиндорец вышел из заднего ряда и встал рядом с профессором Снейпом.

Гермиона стояла ближе к стене и услышала разговор двух девочек:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Вечер и утро
Вечер и утро

997 год от Рождества Христова.Темные века на континенте подходят к концу, однако в Британии на кону стоит само существование английской нации… С Запада нападают воинственные кельты Уэльса. Север снова и снова заливают кровью набеги беспощадных скандинавских викингов. Прав тот, кто силен. Меч и копье стали единственным законом. Каждый выживает как умеет.Таковы времена, в которые довелось жить героям — ищущему свое место под солнцем молодому кораблестроителю-саксу, чья семья была изгнана из дома викингами, знатной норманнской красавице, вместе с мужем готовящейся вступить в смертельно опасную схватку за богатство и власть, и образованному монаху, одержимому идеей превратить свою скромную обитель в один из главных очагов знаний и культуры в Европе.Это их история — масшатабная и захватывающая, жестокая и завораживающая.

Кен Фоллетт

Историческая проза / Прочее / Современная зарубежная литература
1984. Скотный двор
1984. Скотный двор

Роман «1984» об опасности тоталитаризма стал одной из самых известных антиутопий XX века, которая стоит в одном ряду с «Мы» Замятина, «О дивный новый мир» Хаксли и «451° по Фаренгейту» Брэдбери.Что будет, если в правящих кругах распространятся идеи фашизма и диктатуры? Каким станет общественный уклад, если власть потребует неуклонного подчинения? К какой катастрофе приведет подобный режим?Повесть-притча «Скотный двор» полна острого сарказма и политической сатиры. Обитатели фермы олицетворяют самые ужасные людские пороки, а сама ферма становится символом тоталитарного общества. Как будут существовать в таком обществе его обитатели – животные, которых поведут на бойню?

Джордж Оруэлл

Классический детектив / Классическая проза / Прочее / Социально-психологическая фантастика / Классическая литература
Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное