Читаем When the Mirror Cracks (СИ) полностью

Мне спустили всю мою ложь и вернули имплант, но от вопросов, которые задают почти все, никуда не деться. Я чувствую взгляды и не знаю, как от них спрятаться. Еще вчера вечером я радовался, что мне вернули класс акробатики, но сегодня я едва не сорвался на них из-за пустяка. Из-за обычного удивленного вскрика, когда моя майка сползла и открыла спину. Я не виню их в этом, но сдержаться было сложно. Я не такой, каким был раньше. И это добивает меня еще сильнее. Может быть, Джейсон сейчас мог бы собрать меня. Если бы он не был причиной того, что происходит со мной.

Я должен бороться. Должен справиться, чтобы однажды вернуться домой и объяснить ему все.

Джейсон потер глаза и глухо зарычал от беспомощности. Старший брат оберегал его, снова подставляя под удар себя, мучаясь и в одиночку ища выход из невозможной ситуации, в которой он оказался из-за Тодда.

День 5.

Меня угораздило вляпаться еще сильнее. Хотя еще пару дней назад я думал, что сильнее уже нельзя. Но заключить сделку с Ра’сом аль Гулом – не самая лучшая из моих идей. Утешает только то, что других у меня все еще нет.

Стоит перестать врать хотя бы себе. Я уходил из дома в один конец. И все мои клятвы и обещания братьям, Брюсу и Барбаре были ложью от начала и до конца. Я не могу найти ничего, что помогло бы перепрограммировать мой мозг. И предложение Ра’са пока что единственная альтернатива моему исцелению.

Он не сможет отменить программу в моей голове, но он сможет использовать ее, когда я сойду с ума. Это защитит от меня тех, кто мне дорог. Напрягает только то, что это не защитит их от Ра’са, а даст ему идеальное оружие. Я не верю в его клятвы о том, что он никогда не направит меня против моей семьи. Нужно придумать способ защитить всех.

Потерев глаза, Джейсон перевернул еще несколько страниц.

День 16.

Наверно, это странно, но мне даже не страшно. Я не чувствую разочарования или боли из-за неудачи. Я и не рассчитывал на то, что мне в очередной раз повезет.

Не знаю, как сказать Барбаре о том, что я облажался.

Мой план провалился с треском, и шансов вернуть контроль над своим разумом у меня уже нет. Разве что кто-нибудь из Спирали по доброте душевной не согласится покопаться у меня в голове, вернув все как было. Но на это можно даже не надеяться. У меня нет особых рычагов воздействия на Спираль. Или я настолько устал от происходящего, что не вижу их.

Меня срывает. Я становлюсь неуправляемым. Надеюсь, Тайгеру хватит духу сделать то, что потребуется, когда я нападу и на него.

Нужно придумать что-нибудь получше, потому что сейчас мои варианты слишком непродуманны и опасны. Я не хочу быть рабом Ра’са аль Гула или Спирали. И не хочу подставлять Тайгера под смертельную опасность в своем лице.

Нужен кто-то, кто согласится пристрелить меня раньше, чем все пойдет под откос.

«Я тебя сам пристрелю за то, что сдаться хотел», – недовольно подумал Тодд, листая дальше.

День 20.

Просыпаться рядом с Миднайтером за последние три дня стало нормой. Пожалуй, сейчас он единственный человек, которому я могу довериться и от которого не надо скрывать то, с чем я борюсь каждый день.

Он согласился убить меня.

Не думал, что когда-нибудь буду считать такое хорошей новостью, но у меня нет особого выбора. Миднайтер хотя бы сделает так, чтобы я не мучился.

Он опять предлагал мне переместить меня к Барбаре, чтобы мы вместе придумали какой-нибудь план, но я отказал. Не хочу, чтобы она видела меня таким, какой я сейчас. Она поймет, что я сдался.

Все чаще я чувствую вину из-за того, как уехал из Готэма. Из-за того, что врал Дэмиену, из-за того, что сказал правду Тиму. Из-за ссоры с Джейсоном. Он не заслужил этого. Я не имел права делать ему больно после всего, через что протащил. После того гребаного месяца, в который он не давал мне сдохнуть от жалости к самому себе.

Миднайтер смеется надо мной и говорит, что если я еще раз назову его Джейсоном во сне, он перестанет верить в историю с братьями. Я бы уже сошел с ума, если бы не его шуточки. Тайгер странно косится на нас, и от этого еще веселее.

Я жалею только об одном. Я не могу попросить прощения у тех, кто мне дорог. Я с самого начала знал, что не вернусь, но все равно раздавал невыполнимые обещания и клятвы.

Безумно хочу обнять каждого.

Джейсону было достаточно. Швырнув блокнот в сторону, он начал спешно пытаться привести себя в порядок. У него были дела в поместье.


Закутавшись в теплый халат, Барбара осторожно присела рядом с отцом и тут же угодила в его объятия.

- Папа!

- Я уже не могу обнять мою маленькую девочку? – обиделся Джим.

- Можешь, – заверила его Барбара. – Извини. Все еще не очень хорошо себя чувствую. Давно не простывала.

- Нужно было сразу ехать домой, а не торчать у друзей, – проворчал комиссар. – Как твоя тошнота?

- Лучше. Фрэнки говорит, что это все из-за лекарств, – даже не задумываясь, соврала девушка.

Не рассказывать же отцу о том, что ее приложили по голове идиоты, которых он утром переправил в тюрьму!

- Может, все же стоит сходить в больницу?

- Не переживай за меня, – Барбара потянулась и поцеловала отца в щеку. – Ты же обещал мне бросить курить!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Коварство и любовь
Коварство и любовь

После скандального развода с четвертой женой, принцессой Клевской, неукротимый Генрих VIII собрался жениться на прелестной фрейлине Ниссе Уиндхем… но в результате хитрой придворной интриги был вынужден выдать ее за человека, жестоко скомпрометировавшего девушку, – лихого и бесбашенного Вариана де Уинтера.Как ни странно, повеса Вариан оказался любящим и нежным мужем, но не успела новоиспеченная леди Уинтер поверить своему счастью, как молодые супруги поневоле оказались втянуты в новое хитросплетение дворцовых интриг. И на сей раз игра нешуточная, ведь ставка в ней – ни больше ни меньше чем жизни Вариана и Ниссы…Ранее книга выходила в русском переводе под названием «Вспомни меня, любовь».

Линда Рэндалл Уиздом , Фридрих Шиллер , Бертрис Смолл , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер

Драматургия / Драматургия / Любовные романы / Проза / Классическая проза
Нежелательный вариант
Нежелательный вариант

«…Что такое государственный раб? Во-первых, он прикреплен к месту и не может уехать оттуда, где живет. Не только из государства, но даже город сменить! – везде прописка, проверка, разрешение. Во-вторых, он может работать только на государство, и от государства получать средства на жизнь: работа на себя или на частное лицо запрещена, земля, завод, корабль – всё, всё принадлежит государству. В-третьих, за уклонение от работы его суют на каторгу и заставляют работать на государство под автоматом. В-четвертых, если он придумал, как делать что-то больше, легче и лучше, ему все равно не платят больше, а платят столько же, а все произведенное им государство объявляет своей собственностью. Клад, изобретение, сверхплановая продукция, сама судьба – все принадлежит государству! А рабу бросается на пропитание, чтоб не подох слишком быстро. А теперь вы ждете от меня благодарности за такое государство?…»

Михаил Иосифович Веллер

Драматургия / Стихи и поэзия