Парни запаниковали. Они побоялись сдвинуться с места, издать шум, но и ждать, когда попадутся на глаза вооруженному человеку, тоже не могли. Они приготовились бежать. Мужчина не дошел до них трех шагов, расстегнул ширинку и помочился на стену дома. Артем и Денис забыли, как дышать. Сердце глухо стучало в висках, казалось, что этот стук разносится по всему поселению.

— Я придумал, — мужчина застегнул штаны и вернулся к костру. — Мы сами пошлем гонца к «Ленину», который представится будто он от Игоря. Расскажет ему, как между нами зарождаются дружественные отношения, любовь и согласие. Нет, пошлем двоих, вдруг этот знает, что Игорь отправил двоих.

— А расколет?

— А кто расколется, тому отрежу яйца, а его родным и близким уши. Нам мягкотелые нужны только для самой грязной и тяжелой работы, имейте ввиду. Такие люди не должны давать потомство и слышать, что о них говорят другие. Они должны понимать только удар плеткой.

Денис тронул рукой Артема и дал знак, что пора уходить. Артем согласно кивнул. Того, что они узнали, хватало, чтобы у их задания появилась конкретная цель — закончить его во что бы то ни стало.

Глава 17

Глава 17

Весь день Валера и Ольга прислушивались к шумам снаружи, но больше никаких звуков дурных предзнаменований оттуда не донеслось. Главе семейства не терпелось узнать причину сотрясений, чтобы приготовиться, если это еще возможно, к худшему. Он никак не мог выбрать, пожертвовать кислородом и сходить на разведку или же сидеть в подземелье, надеясь, что ничего страшнее того, что уже случилось, больше не произойдет.

Супруга считала второй вариант правильным.

— А если у самого дома земля обвалилась? И через день-другой мы в эту яму провалимся? — Валера больше придерживался второго варианта. — Мне надо только убедиться, что возле дома не случилось ничего страшного.

— Ой, знаю, что тебя не отговоришь все равно, — махнула Ольга рукой. — Собирайся куда хочешь.

— Ну, ладно тебе, — Валера примирительно полез целоваться, но Ольга оттолкнула его в сердцах.

— На сколько дней у нас кислорода осталось? — спросила она ядовитым шепотом.

Валера понял, что ее точили скрытые мысли, которые она не смогла больше держать в себе.

— Три недели, плюс минус три дня, — ответил он серьезно.

— А сколько ты сожжешь, пока будешь там исследовать? Ты же сам говорил, что твое устройство несовершенное и выпускает кислород в небо?

— Я думаю, что дня два надо отминусовать.

— Вот. Два дня жизни не будут лишними. Вдруг их не хватит, чтобы случилось какое-нибудь чудо, — Ольга мокрыми от слез глазами посмотрела на мужа.

Валера понял, что придется искать другие варианты.

— Хорошо, я не буду брать с собой баллон. Туман там немного развеялся, достаточно будет выйти за забор и осмотреть окрестности. Я это смогу сделать и на задержке дыхания. Спасибо тренировкам меня уже на четыре минуты хватает.

— Не надо себя проверять, Валер, ты уже не молодой, чтобы рекорды ставить.

— Не веришь ты в меня, Ольк, не веришь. Не авторитет я для тебя, — начал он стебаться над супругой, выбрав нарочито обиженный тон.

— Верю, как в самою себя, но последний час нашей жизни хочу принять совместно, всей семьей, а не по очереди. Не хочу прожить оставшиеся дни в страдании. И девчонок жалко. Для них это всё какая-то игра и я хочу, чтобы они так и считали до конца.

Только сейчас Валера понял, что творилось в голове жены, о чем она думала, не выдавая своих мыслей ни словом, ни жестом. Оказалось, что она продумывала последний момент жизни их семьи, о котором Валера старался вообще не думать, непонятно на что надеясь. Осознание скорого конца накрыло его своим откровением. Он взял лицо Ольги в ладони и поцеловал ее в губы, ощутив солоноватый привкус слез на них.

— У нас всё будет хорошо, — Валера обнял жену. — Только я должен убедиться в этом. Не хочу, чтобы наш дом провалился в преисподнюю, — его голос дрогнул от сентиментальности момента.

— Неисправимый герой, — пошутила сквозь слезы Ольга. — Будь осторожнее.

— Считай до двухсот, — посоветовал Валера.

— Не буду, не хочу вообще отмерять время, пусть оно станет бесконечным для нас. Будь мужчиной, сдержи слово и вернись, а я пошла играть с девчонками.

— Не переживай, не в первый раз, и кстати, я вернусь голодным и это не намек.

— Через четыре минуты? Ты научился перерабатывать еду в желудке в кислород?

— Какой это желудок? — Валера похлопал себя по изрядно похудевшему животу. — Бледное подобие. Просто после прогулок на свежем воздухе всегда аппетит появляется.

— Да уж, на свежем… ладно, пообедаем всей семьей, когда вернешься.

Валера направился к гардеробу, чтобы натянуть на себя брезентовую куртку и кирзовые сапоги, в которых находиться на улице было не так опасно. Ольга ушла в спальню к детям. Оттуда сразу же раздался задорный смех. Сердце сжалось от мыслей о том, что скоро этот бункер наполнится гробовой тишиной. Валера вздохнул, нагнулся над кислородным баллоном, потравил немного газа, разогнал его рукой, чтобы смешался с воздухом комнаты, подышал и выскочил за дверь.