Читаем Warm. Генезис полностью

В подземном доме стало прохладно и сыро. Печь в нем не была предусмотрена, потому что никто не думал, что придется полноценно жить в нем зимой. Тут и пригодился газовый котел из соседского дома. Валера путем небольших переделок и удаления лишнего превратил его в печь. Снова сходил к соседям и скрутил пару батарей и трубы отопления, устроив в спальне, в которой они ночевали теплую комнату.

Трубу вывел на улицу через воздуховод. Топился котел на всякой горючей мелочи, потому что ничего крупного в него не лезло. Правда, днем пришлось им не пользоваться из-за того, что дым на белоснежной равнине демаскировал их место обитания с любого расстояния. Топили после захода солнца, чтобы спать в комфорте до самого утра.

Никаких сюрпризов зима не принесла. Было бы удивительно, если бы кто-нибудь выбрал это время для совершения вояжей. Снег был такой высоты, что истории Мюнхгаузена, у которого конь повис на шпиле здания после таяния снега, не казались таким уж вымыслом. Однообразное растительное питание немного утомило Мирошниковых. Организм желал животного белка и сильнее всего от этой необходимости мучился кот, покрывшийся плешинами на растительной диете.

В один из дней, он выпросился у Ольги на улицу. Она уступила домашнему любимцу, но буквально через несколько минут кот снова заскребся в дверь. Ольга открыла ему и охнула. В зубах припорошенного снегом кота находилась крыса. Бонька долго забавлялся с ней прежде, чем съесть. С того дня он часто стал приносить добычу в дом. В один момент Валере пришла идея, о которой он никому не сказал, пока не угостил семью приятно пахнущим бульоном.

— Валер, это бульон из того, о ком я думаю? — подозрительно спросила супруга.

— Угу, — ответил он, с удовольствием уминая свое кулинарное творение. — Все лучше кабачков.

— Да, лучше, — поддержала отца Агата. — Очень вкусно.

— Устами младенца, — Валера обрадовался, что у него есть союзник.

— Вкусно, — подтвердила Есения.

— Вот, четверо против одного, — победно объявил расклад Валера.

— А почему четверо? — не поняла Ольга.

— Кота забыла, — кивнул на Боньку Валера.

— Пап, а Бонька тоже суп ест? — спросила Агата.

— Не только ест, но и активно помогает готовить. Добытчик наш, охотник, — ласково сюсюкая в сторону кота, произнес Валера.

Зима закончилась, и начался период бурного таяния снега. Подземному домику грозило затопление. Валера целыми днями находился на улице, огораживая и направляя потоки ручьев. Озеро в основании воронкообразного прогиба местности наполнялось водой и росло на глазах.

Вначале это не вызывало никакой тревоги. Не верилось, что оно может подняться так высоко, чтобы затопить убежище семьи. Но оно росло с каждым днем. Шумные ручьи бежали мимо дома, вниз к озеру. Ветер поднимал на нем волны, шумно разбивающиеся об остатки строений. Валера велел семье собирать вещи и готовиться к переселению выше.

Вода уже подступила к дому с бассейном. До дома Мирошниковых по вертикали воде оставалось подняться метра на три. Откладывать переезд больше не стоило. Семья, и дети тоже, несли на себе вещи и продукты вверх по улице. А сделать это было непросто. Толщина снега была еще большой и во многих местах под ним скопилась вода. Сам переезд превратился в довольно тяжелое испытание.

Валера присмотрел более — менее целый домик на самом краю поселка. Окна в нем он собирался заколотить чем придется и топиться по-черному, лишь бы пережить наводнение. Они с Ольгой несколько раз бегали с садовой тележкой, чтобы перевезти оставшиеся припасы продуктов и самые ценные вещи. Затем он закупорил в подземном доме монтажной пеной все щели и воздуховоды. Надежды на то, что вода не проникнет в дом было мало, но ради собственного успокоения стоило попытаться.

В сравнении с подземным жильем, новое казалось просто ужасным. Гуляющие сквозняки, запах сырости и гари, не выветривающийся дым, отсутствие элементарных гигиенических условий вызывали депрессию и уныние. А в одну из ночей, когда никто не мог уснуть из-за холода, снова случилось что-то пугающее.

Вначале мелко затрясся пол, заскрипели стены дома, застучала посуда. Откуда-то начал доноситься нарастающий низкий вой, пугающий намного сильнее землетрясения. Дети со страху разревелись, а взрослым пришлось успокаивать и ждать худшего. Валера выбежал на улицу, но в кромешной тьме не увидел ничего. А вой усиливался и менял модуляции. Напуганное воображение рисовало разверзшиеся врата преисподней, из которой доносились вопли грешников. Хотелось кричать в небо, чтобы там услышали и прекратили издевательство над оставшимися людьми.

До самого утра Мирошниковы не спали, прислушиваясь к звукам снаружи. Как только немного рассвело, Валера вышел на улицу. Причина землетрясения и воя ему стала ясна. Вода из озера стремительно уходила под землю, закручиваясь в гигантскую воронку. Их подземный дом был спасен, в отличие от пострадавшей психики. За два дня озеро было полностью поглощено. Вместо расщелины зияла огромная дыра, пугающая своими размерами и бездонностью. С ее краев спадали многочисленные водопады талых вод.