Ольга поцеловала Есению и легла рядом с мужем. Она беззвучно ревела.

— Странные вы какие-то сегодня, — произнесла Агата.

— Сегодня по календарю день странного человека, стараемся соответствовать, — ответил отец и сжал в ладони руку жены, — засыпайте, и до встречи.

— До встречи… девчат, — еле выдавила из себя Ольга.

У Валеры потекли из глаз слезы. Он вытирал их краем одеяла, но они не заканчивались.

Кислород заканчивался быстрее обычного из-за того, что подсасывало в дверные щели воздух из остальной части дома, в которых он уже начал смешиваться с атмосферным.

Валера лежали с Ольгой, взявшись за руки и ждали, когда дети уснут. Жена неотрывно смотрела на Агату. Сон начал одолевать их против воли. Дети, как будто уже спали.

— Пора, — тихо произнес Валера

Ольга ухватила его за руку.

— Еще минутку.

— У нас будет время. Все произойдет не так быстро, как ты думаешь.

Ольга отпустила его. Валера открыл вентиль баллона и вдохнул прямо из него, побоявшись, что дыхания может ему не хватить успеть открыть обе двери и вернуться в спальню. Они с Ольгой договорились умереть, взявшись за руки, предполагая, что и в загробный путь из-за этого они проследуют вместе.

Валера скорым шагом с фонарем наперевес дошел до кухни и открыл дверь. Черное пятно скользнуло мимо его ног и выскочило по лестнице наружу. Кот решил принять смерть за пределами дома. Валера дошел до подсобки и открыл ее дверь. Порыв сквозняка ударил ему в лицо.

Он бросился в спальню, держась из последних сил. Оставил открытой дверь и лег рядом с женой, взявшись за ее ладонь. Ольга повернулась к нему лицом.

— До встречи, Валер.

— До встречи, Ольк.

Он хотел поцеловать супругу, но почувствовал сильное головокружение и потерял сознание.

Глава 18

Глава 18

Из окон поставленного на плавучую платформу автомобиля выглядывали стволы автоматов. Они не были направлены в сторону Александра и Гурьяна, но все равно прозрачно намекали соблюдать дружелюбный вид. За полсотни метров двигатель сбросил обороты. Самоходный плот по инерции, поднимая перед собой волну, дошел до плота с мужчинами из Зарянки.

— Вот те нате, — дверь поставленной на деревянную платформу легковушки открылась, из неё выбрался человек в зеленом военном камуфляже.

Двое его напарников и водитель остались в машине, цепким взглядом наблюдая за Александром и Гурьяном.

— Доброго времени суток товарищи матросы, — мужчина поправил на себе форму и повесил автомат на плечо.

Александр первым делом бросил взгляд на ладони и пальцы человека, пытаясь найти в них признаки принадлежности к заключенным, рассказами о которых их напугал Анатолий. Руки, на первый взгляд, показались чистыми.

— И вам того же, — ответил Александр. — Только мы не матросы, простые сухопутные крысы. До вчерашнего дня и не подозревали, что здесь появилось море.

— Издалека? — спросил мужчина.

— Да не особо, километров тридцать отсюда.

— В какую сторону?

— Позвольте узнать, с какой целью интересуетесь? — набрался смелости Александр, не желая сдавать потенциально опасному человек расположение городища.

— Чх, — усмехнулся мужчина, — с целью понять, кто вы такие есть.

— Так и спросил бы напрямую. Меня зовут Александр, это Гурьян. Вот, сделали плот из говна и палок, потому что вокруг нашего поселения одни непролазные болота после весны образовались. В прошлом году мы хоть могли по разрушенным деревням прошвырнуться, собрать кое-что из еды, а в этом сидим на одном месте, доедаем то, что осталось, да вот еще и червей дождевых приспособились есть, — Александр открыл ящик, набрал из него горсть обжаренных золотистых червей и показал мужчине.

Тому пришлось подойти к краю плота, чтобы рассмотреть экзотическое угощение. Он взял одну сухую «закорючку» и надкусил. Пожевал и сплюнул.

— С солью было бы вкуснее.

— Так мы и едим с солью, — подал голос Гурьян. — А вы-то кто такие?

— Чх, мы-то? — мужчина обернулся к своим напарникам. — Вижу, вы не в курсе какими слухами здешняя земля полнится?

— Вообще-то нет, — признался Александр. — После катастрофы мы находились почти в полной изоляции.

— Ясно. Оголите торс и покажите мне руки, — настойчиво, железным тоном попросил мужчина.

Александр сразу понял, что с них хотят снять подозрения ровно в том же, в чем и они с этих людей.

— Мы не зэки, — Александр стянул через голову рубаху.

— А говоришь в изоляции? — мужчина осмотрел тощие фигуры Александра и Гурьяна.

— Ну, кое-что просочилось. У нас семья есть, сбежавшая из поселка, в котором мародерствовали зэки. Страшные вещи рассказывали о них.

Он не стал упоминать истории, рассказанные Анатолием, чтобы невзначай не проболтаться о нем. Наверняка тому было спокойнее вдали от всех. А также не стал рассказывать о случае, когда им пришлось застрелить трех человек, которые точно были связаны с терроризирующими людей зэками. Можно было нарваться на месть.

— Вещи они творят ужасные, это точно. Одевайтесь. Рубахи на вас какие-то необычные, как из музея, — заметил мужчина. — Вы что, этнографический музей разграбили?