Читаем Взвод «пиджаков» 2 полностью

- Илья, я...вот, навестить тебя решил, - негромко сказал он, подходя к дивану. - Как ты сам?

- Здравия желаю, товарищ подполковник, - не удержался от издевки в голосе Илья. - Вашими молитвами почти здоров. Спасибо за заботу, вы прямо как отец родной.

- Не надо...вот этого вот. Пожалуйста, не надо... Ладно? - Добрячков сел на стул рядом и посмотрел Илье прямо в глаза. - Меня твоя жена и так чуть не убила, за тот приказ. Серьезно, был момент, когда я думал, что она меня без разговоров долбанет заклятьем насмерть и все дела. Особенно когда вас троих без сознания только привезли, - тяжело вздохнул подполковник. - Признаю, я перед тобой виноват. Ты и так в тот день сделал все что мог, посылать тебя в новый бой было моей ошибкой и глупостью. Причем ты мне об этом прямо сказал, но я не послушал. Больше такого не повториться, обещаю. И...я прошу у тебя прощенья Илья. - Голос Добрячкова был усталым и серьезным, а взглянув ему в лицо, Илья понял, что хевдингу последние дни дались нелегко. Лицо серое, мешки под глазами, глаза красные и воспаленные - сейчас он выглядел чуть ли не хуже, чем когда Илья выручил его из неодского плена.

- Илюш, у меня много всего за плечами, - продолжил подполковник. - И дома и в этом мире. Товарищей терять мне раньше приходилось и приказы отдавать такие, что потом долго не мог ни спать, ни водку пить. Но когда после лечения тебя и Ромки надорвалась еще и Аяна, и я подумал, что из-за своей ошибки угробил всех своих друзей и могу остаться в этом мире совсем один, я... - взгляд Добрячкова скользнул к кобуре на поясе, - короче я такого не хочу, и больше такого никогда не допущу. Прости.

Илья вдруг понял, что краска стыда почему-то заливает его щеки. Хотя он тут вроде бы и не при чем. Но он точно не хотел слышать дальнейших признаний, поэтому поспешил прервать монолог подполковника. Видеть всегда подтянутого и уверенного в себе командира в таком расклеившемся состоянии ему было почти физически неприятно.

- Все нормально, Иван Сергеевич, - поспешно сказал защитник. - Не надо извиняться, никаких обид. Я же понимаю, это война. Все остались живы, значит Бог на нашей стороне. Просто вам надо было меня тогда послушать. Вам вообще надо больше меня слушать, а не только приказывать, если мы единомышленники и друзья. Как Ая и наш с ней ребенок?

- Пришла в себя, но слабая как и ты. Злая на меня как сто чертей, шипит и кусается, словно кобра, - махнул рукой Добрячков. - Но как узнала что с тобой все не так плохо, немного успокоилась. С ребенком вроде бы тоже ничего не случилось. Ромке стало полегче и Лима очнулась. Все живы, ты прав...

- Вот и хорошо. Закончим на этом. Просто обещайте, что больше таких категорических приказов без обсуждения со мной не будет. От моей смерти никто не выиграет, а я лучше других знаю пределы своих сил.

- Обещаю, - кивнул подполковник. - Я и раньше это понимал. Просто понимаешь... ситуация была такая...кровь из носу требовалось взять Ядрово и все тут. Увлекся я, как писал Иосиф Виссарионович, голова закружилась от успехов, - слегка улыбнулся подполковник.

- Оно хоть того стоило? - заинтересовался Илья. - Расскажите, как обстановка на фронте.

- Еще как стоило, - у Добрячкова заблестели глаза. - Натворили мы делов, Илюха, магам еще долго икаться будет. Разгром у неодов полный, стабилизировать фронт им не удается до сих пор. Вся их группировка на том берегу Альги до самого Альрова в кольце. На запад вторая ударная продвинулась почти на семьдесят километров! Ты представляешь, на целых семьдесят километров, и это по результатам всего лишь трехдневных боев. Правда, пехота и артиллерия не успевают за танками, обозы отстали, а в полосе прорыва всяких неодских окруженцев по лесам болтается как теста в супе с галушками у хорошей хозяйки. Но у магов вообще организованный фронт рухнул, воюют разрозненные боевые группы то тут, то там. Нельск деблокирован, берега Альги свободны, к нам подтягиваются резервы от Роммта. Решительный успех! И во многом благодаря тебе. Если бы мы в первый же день не прорвали блокаду и одновременно не вскрыли неодскую оборону на западе на всю ее оперативно-тактическую глубину от Нельска до Ядрово, то хрен бы что получилось! Это как одновременный ножевой удар в живот и в горло!

- То есть если бы мы не взяли в ту ночь Ядрово, то неоды бы удержались и наступлению конец?