Читаем Взрослые полностью

— Я думаю… тебе лучше знать, — Алекс уже поняла, что воображаемый кролик — это деликатный вопрос.

— Патрик считает, надо ей запретить, — сказала Клэр. — Но мы с Мэттом обговорили это, и да, мы бы переживали, если бы Скарлетт в свои тридцать пять заказывала в кафе по две чашки кофе или выступала от имени Пози на совете директоров… Но ведь ей всего семь лет.

— Надеюсь, до такого не дойдет, — Алекс постаралась, чтобы ее голос прозвучал ровно. — Пози очень повзрослел и изменился с тех пор, как я о нем услышала.

— Все не так просто, — вздохнула Клэр. — У него длинная история, знаешь ли. Изначально это был обычный плюшевый кролик. Скарлетт брала его с собой повсюду. Она чуть с ума не сошла, когда Мэтт забыл его в такси на Тенерифе. Но потом Пози вернулся, уже как воображаемый друг. Внешне он, вероятно, такой же. Только в сто раз больше. И невидимый, конечно.

— Ясно, — Алекс старалась, чтобы ее голос звучал ровно. — Насчет поездки… У нас есть какой-то определенный план? Мэтт ничего толком не смог объяснить, ну, ты его знаешь.

— Никаких планов, будем просто отдыхать. Конечно, на пару мероприятий придется записаться заранее, но Патрик об этом позаботится. Я приготовлю что-нибудь — люблю готовить по выходным, это помогает расслабиться, — но если что, там есть ресторан. Будем просто отдыхать.

— Мэтт говорит, что ты всегда все очень четко планируешь.

Клэр засмеялась:

— Ну нет. По сравнению с тем, как Мэтт организует свои дела, — наверное. Но Патрик считает, что я размазня. Все относительно.

— Могу я чем-нибудь помочь?

Помочь. Этого говорить не стоило. Алекс уже примеряет на себя роль подростка, а ведь она еще даже не выехала в «Хэппи Форест». Такое часто случается между родителями: есть люди по-настоящему взрослые, они берут ответственность на себя, а кто-то — как Алекс — просто выступает на подстраховке. Будто Алекс сама еще недавно сидела с детьми на полу и жарила пластиковый бекон на игрушечной электроплите.

— Все под контролем, Алекс. Просто отдыхай. Ты это заслужила.

Алекс взглянула на свои ноги на пуфике в мягких носках. Вернувшись с работы в семь, она переоделась сразу в пижаму.

— Как скажешь. Но я чувствую себя немного не у дел.

— Все хорошо, Алекс. Можешь испечь рождественский пирог, если хочешь. Ну или ничего не делать. По настроению.

— Я приготовлю пирог. Точно больше ничего не нужно?

— Алекс, расслабься. Не перекладывать же на тебя все эти тяжелые родительские обязанности. Ты и без того слишком перегружена.

Они попрощались. Алекс посмотрела на игровую приставку в углу со стертыми кнопками на джойстиках: Алекс с Мэттом по вечерам любили поиграть в виртуальный теннис или боулинг.

Неужели она и впрямь перегружена?

Клэр явно пыталась сделать ей приятное, но Алекс думала, что не заслуживает такого комплимента. Это была одна из тех фраз, которые помогают завоевать доверие? Политики постоянно говорят о тяжелом труде, потому что это универсально: все люди считают, что недосыпают.

Не пыталась ли Клэр ее задобрить?

Алекс нашла Мэтта в спальне, он смотрел телевизор.

— Мэтт, как думаешь, ты много трудишься?

— Это вопрос с подвохом, — он оторвал взгляд от соревнований по скоростному поеданию сосисок. — Я что-то забыл сделать?

— Так все говорят про себя, разве нет? — спросила Алекс. — Все думают, что трудятся очень много.

Мэтт перекатился поближе к краю кровати и посмотрел на Алекс обезоруживающе измученным взглядом.

— Я ленивый тюлень, ты же знаешь, Ал. Если я в воскресенье к обеду поднимаю свою задницу с кровати, это уже прогресс.

— Кажется, ты этим даже гордишься. Трудятся только дураки, да?

— Я не понимаю, чего все так суетятся. Почему люди убеждают друг друга в том, что постоянно заняты? Какую вину они пытаются этим искупить?

В такие моменты Алекс по-настоящему восхищалась Мэттом. Только одна эта фраза заставила ее почувствовать, что он чуть ли не единственный человек в мире, который обозревает жизнь сверху, всю целиком.

Мэтт перекатился обратно и ткнул пальцем в телик.

— Ал, садись и смотри. Он слопал уже две кастрюли сосисок, его вот-вот стошнит.

Алекс присела рядом с Мэттом, и тот повалил ее на кровать, чуть не придушив в объятиях. Они вместе лежали и смотрели, как мужчина в телевизоре давится сосисками, прикрывая губы салфеткой, чтобы не брызгать соком.

— Клэр сказала, что если я хочу помочь, то могу испечь пирог.

— Классно.

— Не люблю рождественские пироги.

— Я тоже. Они на вкус как глина.

— А Клэр любит?

— Думаю, нет. Разве их вообще кто-то любит? — Мэтт замахал руками. — С парня уже седьмой пот сошел. Надеюсь, у них есть ведро наготове.

Алекс ничего не ответила. Она все еще думала о разговоре с Клэр.

«Не перекладывать же на тебя тяжелые родительские обязанности».

Что бы это значило? Проявление щедрости? Или то скромное хвастовство, которым грешат многие?

Или Клэр думает, что Алекс просто неспособна к выполнению тяжелых, но архиважных родительских обязанностей?