Читаем Взаимосвязи полностью

— Я… — Дима ещё находился в ударе после своей глупости. Ведь он тоже мог спокойно зайти через калитку. Зачем же он карабкался на забор? — Ничего. Просто пустая комната. Стул, стол, кровать. Что ещё можно там увидеть?

— А бабка? — прошептала Кристина. — Где бабка? Она там?

— Откуда мне знать! Я её не видел.

Кристина отошла от окна.

— Здесь ничего не видно из-за занавески. Белый тюль всё отражает. Нам надо заглянуть в другое окно — там тюля нет. Оно залеплено газетами, но почти все они уже отвалились.

Дима снова упрекнул себя в идее. Он мог подумать об этом раньше, но почему-то не подумал.

— Пойдём. — Кристина взяла его за руку. — Потом вытащишь свой ко-ло-тун.

Дима не ожидал от подруги такого шага. Его возмутила не столько её идейность, сколько смелость, какой Кристина никогда не обладала. Он знал её всю жизнь, потому что они были соседями. Ему казалось, что каждый её шаг он видел наперёд. И вдруг она заходит в чужой двор, берёт его за руку и ведёт к окну, на котором (они оба это знали) нет занавесок. К самому опасному окну дома. Через то окно старуха столько раз высовывала свою голову, чтобы поорать на них! На нём даже огранка была, как в старых русских сказках.

Поведение девочки ударило по Диминому самолюбию и в то же время встряхнуло его. Мальчик последовал за ней к углу дома.

— А ты боишься, да? — спросила она.

У девочек вроде Кристины есть удивительное свойство — совать в улей палку, — но Дима не подал виду, что чем-то обижен.

— Нет, — хмыкнул он.

Кристина усмехнулась:

— А мне кажется, боишься.

— Нет!

— У тебя руки трясутся.

— Это ты боишься.

— Если бы я боялась, я бы стояла за кирпичами… Или вообще не пошла бы с тобой.

— Тогда зачем пошла? Сидела бы за кирпичами.

— Скучно. А с тобой всегда какое-нибудь приключение.

Они обогнули дом и встали возле намеченного окна. Кристина прижалась к стене, оставив Диме только два варианта: глянуть в окно или вернуться к калитке.

— Давай, — шепнула девочка и улыбнулась: — Ты же не боишься.

— Я… — Дима надвинул на лоб шапку.

С каждым годом их дружеские отношения заходили в тупик. И Диме казалось, что происходило это по вине Кристины. Девочка менялась не в лучшую сторону, пока он оставался стоять на месте.

Дунул ветер. Ветви каштана угрожающе зашумели. Диме почудилось, что внутри него завыли волки. Он приблизился к стеклу, ощущая в своём теле нечто большее, нежели просто неуверенность. Стекло словно отталкивало его от себя, из-за чего на мальчика нахлынуло волнение. А вдруг что-то случится? И несмотря на то что видимых причин этому Дима не находил, что-то в его голове давало отпор: «Отойди от окна! Ничего хорошего ты там не увидишь». Да и что, вообще, он хотел там увидеть?

— Ты в порядке? — окликнула его Кристина. — Если боишься, тогда нам лучше пойти домой. Ничего страшного, что ты немного…

— Замолчи! — шикнул на неё Дима.

— Просто у тебя такой сосредоточенный вид, будто ты отгадываешь слово на «Поле Чудес».

— Замолчи! — повторил он.

Кристина отошла к калитке:

— Грубый ты!

Но Дима её уже не слышал. Он собрался с мыслями и прильнул к стеклу. В глазах у него потемнело. Он не ожидал, что так быстро и чётко увидит очертания комнаты, но весь скудный скарб, что находился под крышей дома, словно бросился на него. Дима зажмурился.

Пустая кровать, шкаф на дальнем плане, телевизор и письменный стол Диму больше не интересовали. Его взгляд привлекла единственная вещь, точно памятник, возведённая посреди комнаты. Сначала Дима принял её за столб, подпирающий потолок старого дома. Но вещь выглядела слишком неровно даже для подпоры, подобранной из не самой лучшей древесины. Когда Дима присмотрелся к основанию, он понял, что «столб» даже не опирается на пол, а едва заметно покачивается, словно выискивая, куда свалиться.

Луна вышла из-за облаков, и часть света волнами проникла в дом. Глаза Димы открылись шире. Внезапно он различил тело старухи и люстру над ней. Их соединяла тонкая линия. Вскоре Дима понял, что именно эта линия и не даёт ногам старухи дотянуться до пола, из-за чего её тело покачивалось и беспрепятственно вращалось вокруг своей оси.

Челюсть Димы отвисла. Он отлип от стекла и некоторое время простоял в таком положении, будто смотрел вдаль. Ладонь козырьком над бровями, осанка выпрямлена, и взгляд… только не туда, куда он хотел смотреть. Пребывая в шоке, Дима пытался найти ориентир своим действиям.

«Мне просто нужно незаметно уйти!» — сказал он себе.