Подруга, потягивая чай, изливала мне душу. Жаловалась на своего на редкость странного мужа, у которого ничего не клеилось с работой, родственниками, да и с ней, по большому счету, тоже. На ребенка – он отвратительно учился. На недостаток денег, которых катастрофически не хватало ни на что. На то, что они вот уже четыре года не были в отпуске. Я смотрела на нее и, понимая, что это нехорошо, тихонько злорадствовала про себя. Порой меня огорчало отсутствие семьи, но, когда я слушала тех, кто являлся обладателем этих общепринятых человеческих ценностей, я начинала радоваться их отсутствию.

К нам подошел кальянщик. Подкладывая уголь, он не удержал его в щипцах и, уронив себе на ногу, забавно запрыгал на месте. Я, то ли под воздействием табака, то ли от усталости, нашла все происходящее жутко смешным. Рассмеявшись, утирая проступившие слезы, я запрокинула голову и больно ударилась о деревянную спинку скамьи. В глазах запрыгали звездочки, голова закружилась, я увидела испуганное лицо подруги, оно, начав расплываться, уходило в затемнение… Знаете, этот прием часто используют в кино. Затем меня накрыла нестерпимая тошнота, и в следующее мгновение я перестала что-либо ощущать вовсе. В глубине души впервые за несколько недель воцарились мир и полное спокойствие.

И вот тогда я увидела свой первый запомнившийся сон. Я сидела на балконе красивого дома, расположенного на небольшом утесе, внизу мерно плескалось море. Напротив меня сидела молодая красивая девушка с грустными серыми глазами. В видении мне она казалась хорошо знакомой, хотя, очнувшись, я не могла припомнить, откуда ее знаю.

– Вероника, – проговорила она, – нам часто кажется, что мы знаем о жизни все, но это иллюзия. Даже Бог не всегда может предугадать, что случится с тобой в следующее мгновение. Что уж говорить про нас! Ты правильно поступаешь, отправляясь на Путь Сантьяго, это смелое решение, за которое ты будешь щедро вознаграждена. Совсем скоро произойдет то, о чем ты сейчас и помыслить не можешь, и если ты не будешь бояться, то получишь ответ на все свои вопросы. Обещаешь ли ты, что дойдешь до конца? – Она вопросительно посмотрела на меня.

Я утвердительно кивнула в ответ, не совсем понимая, о чем идет речь и что же такое странно-благодатное со мной может произойти, если я закончу Путь. Но внутренняя безоговорочная уверенность в том, что я обязана оправдать ожидания этой девушки, заставила меня согласиться.

Сон внезапно закончился, и я очнулась в своей кровати. Как я оказалась дома, для меня оставалось полной загадкой, в квартире никого не было. Саднящий затылок заставил меня вспомнить о недавнем ушибе, который, видимо, был достаточно сильным. Напрягая память, я вспоминала вчерашний вечер, взволнованное лицо подруги и того смешного кальянщика, нескольких официантов, которые брызгали на меня водой и, кажется, прикладывали лед к ушибу. Я вспомнила, как, придя в себя, поблагодарила всех за заботу, сказала, что чувствую себя нормально, и, извинившись перед подругой, покинула кафе. Я помнила, как, сев в машину, включила зажигание. Далее воспоминания обрывались, но меня радовало, что я все-таки добралась до дома в целости и сохранности.

Через два дня я отправлялась на Путь Сантьяго. Путешествие обещало стать необычным в силу того, что не предвиделось шикарных отелей, пляжей, коктейльных платьев и всего того, что обычно ассоциируется с отпуском. А то, что подтолкнуло меня к принятию решения пройти Путь, было необычным, правильнее сказать – загадочным.

Глава 3

На небесах было неспокойно

Сидевший за столом мужчина выглядел очень уставшим. Его утомленный взгляд, казалось, уже ничего не видел, но он продолжал пристально всматриваться в листы манускриптов, разложенных перед ним. Решение было очевидным, но пока он никак не мог понять, как воплотить его в реальность, не нарушая ход естественного течения времени.