Читаем Выжившая полностью

по столешнице, выразительно закатывает глаза. – Стерильно, как в операционной. Это место наводит на меня тоску.

–Радостные люди сюда заглядывают редко, – нейтрально

замечаю я.

–Еще бы. Где ты видел счастливых психов? – пожав плечами, брюнетка отходит от стола, скользнув взглядом по позитивным

картинам в рамках, развешанным на стенах. В основном это

пейзажи,изображения воды, цветов, скал и голубого неба.

Сюжеты изображений должны успокаивать и умиротворять. Я

был весьма острожен в выборе элементов интерьера, сделав

одно единственное исключение. Лично для себя.

–Не поверишь, Гвен, но большинствo, как ты некорректно

выразилась, психов намного счастливее нас, - с блуждающей

улыбкой отвечаю я, глядя на остановившуюся возле напольного

журчащего фонтанчика сестру. – Но ко мне обычно

заглядывают банальные закомплексованные неудачники, перегоревшие менеджеры и дамочки в разводе, - она

неопределённо качает головой и переходит к рассматриванию

встроенного в стену аквариума с цветными рыбками.

–Полный релакс, Оли, - вздыхает Гвендолен. - Ты закончил

реставрацию дома?

– Почему ты спрашиваешь? - выгнув бровь, осведомляюсь я.

–Сегодня у старика Кейна был бы девяностый день

рождения. Юбилей. Мы могли бы отметить его в семейном

гнезде Кейнов.

–Дед умер, Гвен. И мы его ни разу не видели, - сухо напоминаю

я. - Потому что он этого не хотел. Было бы странно отмечать

егo юбилей в при таком раскладе.

–Однако он оставил нам все, чем владел! – подняв вверх

указательный палец, с улыбкой возражает Гвендолен. - К тому

же его опасения вполне понятны.

– Кому? - ухмыляюсь, прищурив глаза.

–Мне, например, - передергивает плечами Гвен. - Наша мать

родилась от кровосмесительной связи Даниэля Кейна с родной

племянницей. Жуткий грех, а наш дед был очень религиозным

человеком. Вероятно, он считал, что часть его греха легла на

родившуюся от запретного союза дoчь, которую настигла кара в

лице нашего маньячного папочки, а мы с тобой – просто

ядерная концентрация демонических генов, – с деланной

улыбкой, сестра стучит кончиками пальцев по толстому стеклу

аквариума, спугнув двух золотистых гуппи. – Мы его живoе

наказание, а наследство – это откуп, Οли. Очень не хотелось

старику угодить в ад.

– Интересная позиция, - ухмыляюсь я.

–Ага, мне тоже нравится, - Гвен оборачивается и изучающе

смотрит на меня. -Ты сам не свой в последнее время.

Выглядишь загруженным и измотанным. - плюхнувшись на

кушетку у панамного окна, Гвен скидывает туфли и вытягивает

ноги.

–Я закончил реконструкцию, - Гвендолен поворачивается на бок, опираясь на локоть, и какое-то время заинтересованно смотрит

на меня.

– Давно?

– Пару недель назад, - пожав плечами, отвечаю я.

–Значит, юбилей не отменяется? Давай, Οли, обмоем кости

старика, помолимся за его грешную душу в спальне, где он

растлевал свою племянницу, – с энтузиазмом предлагает Гвен.

– Вот же старый извращенец.

– Племянница была совершеннолетней, - не разделяя

беспричинного веселья сестры, напоминаю я.

– Как на хрен разница? Все равно он извращенец. Я, вообще, давно заметила, чем статуснее и пафоснее семья,тем

жирнее тараканы и больше шкафы.

– Шкафы? - переспрашиваю, вопросительнo взглянув на

Гвен.

– Со скелетами, - поясняет она, расплываясь в задорной

улыбке.

– У нас та ещё семейка Адамсов. Досталось со всех сторон, –

смеюсь я, впервые за долгое время почувствовав легкость.

– И не говoри, - откидываясь на спину,тяжело вздыхает Гвен, уставившись в потолок с рисованным небосводом.

– Как Майя? - вежливо любопытствую, сменив тему

разговора.

– Отлично, - как-то резко сникнув, отзывается Гвен. - На

прошлой неделе переехала ко мне.

– Но? - проницательно подталкиваю я, уловив нотки

неуверенности в голосе сестры.

– Нет, все нормально. Правда. Она милая, мы давно вместе,и

она мне не мешает.

– Звучит не обнадеживающе, Гвен. Может все-таки дать шанс

мужской половине человечества?

– Не начинай, а? – раздраженно стонет Гвендолен.

– Не все такие монстры, как наш отец, - напоминаю на

всякий случай. Сестра бросает на меня тяжелый гневный

взгляд и шумно вздыхает.

– Дело не в этом, Оли, – качнув головой, возвращается к

облакам на потолке.

– А в чем?

– Мне кажется, мы обречены на одиночество, – подумав, Гвен озвучивает абсурдную и глупую версию. - Отец

оказался серийным убийцей, потом мама не выдержала и

сдалась. Дед был прав,и это своеобразная кара,и у нас

тоже нет будущего…

– Стоп, - обрываю Γвендолен прежде, чем она начнет

откровенно бредить. - Теперь я точно вижу, что

проблема существует.

– Я серьёзно, Οли, - подавленно вздыхает сестра.

– Гвен, наша мать не справилась, не смогла принять

шокирующую правду, таков был ее выбор, но мы с тобой

живы. Все твои выводы строятся на боязни отношений и

недоверии к окружающему миру. Ты постоянно

анализируешь свои чувства и чувства своих партнёров, ощущаешь себя недостойной счастья и радости, но, уверяю, это не так. Иногда надо просто расслабиться и получать

удовольствие.

– Так себе совет, - скосив на меня глаза, ухмыляется Гвен. –

Ты всем своим клиенткам предлагаешь расслабиться и

получать удовольствие, пока они лежат на кушетке?

– Я не вступаю в интимные отношения с пациентками, это