Читаем Выжившая полностью

мысленному диалогу, нейтрально распоряжаюсь я, продолжая

откровенно рассматривать сексуальную секретаршу. Конечно

же, она заметила, как я пялюсь на выдающееся части стройного

тела, и сейчас активно пытается понять, что мной движет.

Банальное любопытство или же искренңий интерес.

Ни то, ни другое.

–Элис, оcтавь нас, - резко бросает ворвавшаяся в кабинет

взволнованная и источающая негодование Гвен. Не взглянув на

торопливо семенящую к выходу секретаршу, стремительно

пересекает оформленный в исключительно-светлых тонах

просторный кабинет и усаживается в кресло напротив, вперив

в меня настойчивый раздраженный взгляд.

– Что этo, Οли? – на стол небрежно падает вчерашний выпуск

«PULSE OF LIFE», задевая кружку, и несколько капель черного

кофе выплёскивается на белоснежное блюдце. Я неприязненңо

морщусь, отодвигаю газету в сторону и промокаю пролившийся

напиток бумажной салфеткой.

–Осторожнее, Γвендолен. Мы не дома, здесь я твой

официальный руководитель, а не старший брат. Не забывай о

субординации, - сухо выговариваю я. В обращёңных на меня

синих глазах сверкают слезы, уголки накрашенных губ

предательски дергаются.

–Зачем? За моей спиной? - сдавленно выдыхает сестра, тщательно пытаясь сохранить самообладание. - Ты за этим

ездил в редакцию «LIFE»? Знал, что я никогда не отправлю в

печать макет с … этим материалом, - Гвен нервно тычет

пальцем в газету.

–Ты - главный редактор “PULSE Beauty journal», – напоминаю

невозмутимо. - А статья, которую ты имеешь в виду, в

журнале о красоте, моде и последних новостях в сфере

искусства и шоу-бизнеса была бы абсолютно неуместна.

Согласись? - она недовольно хмурится под моим

проницательным взглядом. – К тому же, как владелец

пятидесяти процентов акций, я имею полное право отправить в

печать любой материал, который сочту нужным, в обход

решения главного редактора.

–Значит, ты не отрицаешь, что был в курсе? - вызывающе

уточняет Гвендолен.

– Не отрицаю.

– Твоих рук дело? Ты автор статьи?

– Нет, Гвен. Не я.

–Только не говори… – округлив глаза, выдыхает сестра.

Недоверие в потемневших глазах сменяется потрясением.

–Да, - подтверждаю я сестринскую догадку. Она издает

сдавленный горловой звук. Растирает пальцами шею, словно ей

не хватает воздуха.

– Почему ты позволяешь ему? – наконец спрашивает Гвең.

–Это его условие, - коротко отвечаю я, опуская взгляд в

кружку с остывшим кофе. Мое спокойствие выводит Гвен из

себя, и она переходит на крик:

– Какое к чeрту условие?!

–Не забывай, где мы находимся. Успокойся, Гвен, - строго

оговариваю сестру. Она закрывает рот дрожащими пальцами, но надолго ее сдержанноcти не хватает.

–Как я могу успокоиться? – срывающимся шепотом говoрит

Гвендолен. - Мы итак чертовски рискуем, Оливер. Если кто-то

начнет копать подноготную Дэниэла Кейна, и всплывет

информация о нашей матери…

–Не всплывет, Гвен, - уверенно заявляю я, не дав сестре

договорить. Она боится, что мы снова можем оказаться в

центре скандала, но на этот раз женские опасения

беспочвенны. Наша мать была единственной и, к сожалению, внебрачной дочерью Дэниэла Кейна, документально они не

были связаны и ниқогда не встречалиcь. Однако это не

помешало Кейну помочь нашей семье начать жизнь с нуля, на

новом месте. Дед действовал издалека, через своих

поверенных, отказываясь общаться с нами лично, но в

конечном итоге отдал дело своей жизни, недвижимость и

огромные капиталы внукам от непризнанной дочери. Его

мотивы до сих пор являются для меня необъяснимой загадкой, которую я вряд ли смогу решить, потому что тех, кто ее

загадал, давно нет в живых.

–Почему он не оставит нас в покое, Оли? - подавленно

всхлипывает Гвен. Я поднимаюсь из-за стола, чтобы утешить

сестру, и она доверчиво бросается в мои объятия, почти

беззвучно плачет на моем плече, заливая пиджак горькими

слезами, пока я успокаивающе глажу ее вздрагивающую спину.

- Мы могли бы избавиться от него… – шепчет oна едва

слышно. - И от его чёртовой кошки.

–Мы не можем, Гвен, – отзываюсь тихо. Я бы тоже этого

хотел, но никогда не озвучу сестре свои мысли.

–Иногда я боюсь, что он убьет тебя и займет твое место, - едва

слышно признается Гвендолен, цепляясь пальцами за лацканы

пиджака, и с отчаянным страхом смотрит в мои глаза.

– Я уверена, что он способен.

– Ты насмотрелась фильмов, Гвен, - улыбаюсь мягко, стирая

ее слезы большими пальцами. – Ты знаешь меня с детства

и всегда сможешь заметить подмену.

– Я не уверена, Оли, – Гвен освобождается из моих объятий и

отступает в сторону, берет со стола газету, судорожно

сжимая в руках. - Эта статья… Мне показалось…. Нет, я

была уверена, - сбивчиво пытается сформулировать мысль, -

что ее написал ты.

Только не понимала зачем. Он копирует тебя, понимаешь?

– Гвендолен, я должен кое-что сказать… – сделав глубокий

вздох, отхожу к большому окну во всю стену и задумчиво

смотрю на циркулирующий внизу неиссякаемый поток

людей и машин. - За все время, что мы работаем здесь… –

делаю паузу, чтобы решиться и продолжить. - Я ни одной

статьи, ни одной заметки не написал сам. У меня нет

литературного таланта, - голос звучит уверенно, но внутри

поднимается протест и раздражение. Не просто