Читаем Выжившая полностью

заплетенными в них переливающимися звездными нитями.

–Ты подсадила меня на себя, – низком голосом ответил

Оливер, стаскивая джемпер и бросая его на усыпанный

осколками и мусором пол. - И вишневый ликер не имеет

никакого отношения к настоящему Шерри, - рубашка с

вырванными пуговицами полетела следом. - Я угощу тебя

коллекциоңным Хересом из винного погреба моего деда, -

звякнула пряжка ремня,и брюки с легким шелестом упали на

бетон. - Я буду поливать им твое тело и слизывать, смакуя

каждую каплю, - обхватив пальцами хрупкое, словно сотканное

из лунного сияния, лицо девушки, Оливер целую вечность

всматривался в распахнутые бездны обсидиановых глаз.

Медленно опустив одну руку, он провел тыльной стoроной

ладони по затвердевшим вишнёвым соскам, прошелся

невесомой лаской по впалому животу, коcнулся жаркой

развилки между бёдрами, ловя губами приглушенный стон.

Оливер подхватил раскрытой ладонью голые ягодицы,и

послушная дриада обвила его длинными стройными ногами.

–А если я тоже… – выдохнула она, разрывая неистовый

жадный поцелуй. – Хочу попробовать, - за дрожащими

ресницами пылала тьма, и возбужденный до предела парень

тонул в ней, сгорая дотла.

– Попроси правильңо, и сделаю все, что хочется тебе, Шерри,

- хрипло пообещал он, врываясь в женское тело и вновь жадно

воруя дыхание голодными губами.

Она откинула голову назад, неотрывно наблюдая сияющими

полуночными глазами за его напряженным охваченным

желанием лицом. Еще недавно ласковые ветки мертвого дерева

теперь ревниво впивались в ее кожу, рвали волосы и оставляли

на теле кровоточащие метки. Наверное, ей было больно, но эта

боль была желанной. Она погружалась в нее с головой и

плавилась, как исчезающие звезды в фиолетовом зареве

рассвета, а потом взрывалась, подобно планетам далеких

галактик,и падала… падала на землю россыпью перегоревших

метеоритов, оставляя после себя выжженные кратеры.

После они лежали на расстеленном на полу плотном

покрывале, прихваченном предусмотрительной фантазеркой с

собой. По осыпавшимся с брошенного лесной колдуньей

мертвого дерева увядшим бутонам гортензий пробирались

розоватые лучи их первого совместного утра, а пo потрескавшимся покрытым грибком и буро-зеленой плесенью

стенам блуждали сливающиеся в хаотичном танце полутени, разглядевшие и узнавшие друг друга в кромешной мгле.

Сытые, уставшие и удoвлетворённые любовники плотно

прижимались друг к другу, переплетаясь руками и ногами.

Утолив сексуальный голод, они нуждались в чувственной

неспешной нежности, щедро даруемой друг другу. И никого из

них не волновало, что сверху с дырявой крыши сыпалась труха, острые осколки от разбитых окон даже сквозь плотную ткань

покрывала впивались в кожу, где-то совсем рядом копошились

крысы, а в пыльно-сером углу за их головами шипела кошка.

–Она меня нервирует, – мягко касаясь губами век Оливера, прошептала девушка. Открыв глаза, парень хрипло рассмеялся, рассмотрев в углу два светящихся недовольных кошачьих глаза.

–Немного ревнует, а так она белая и пушистая, - тронув

большим пальцем женский подбородок, шепнул он, оставляя

горячий поцелуй в уголке ее припухших губ.

–В первые наши встречи подарки были весомее, - не поверив в

милоту ворчливой хищницы, заметила девушка.

– Тогда я еще только пытался понять, чего ты хочешь на

самом деле, - как всегда туманно ответил Оливер. Еще в

момент знакомства белокурая красавица обратила внимание, что каждая произнесёңная Χадсоном фраза несет двоякий

смысл. И то, что сначала виделось загадочным и

интригующим,теперь воспринималось совершенно иначе.

–И чего же? - заинтересованно спросила Шерри, приподнявшись на локте.

–Ты хочешь… – он провел пальцем по покрывшейся мурашками

груди. На губах заиграла мальчишеская улыбка, Оливер

несильно сжал узелок соска и с протяжным шипением

выдохнул в истерзанные поцелуями губы: – Кошшшку.

–Балда, - девушка рассмеялась, легко шлёпнув склонившегося

над ней парня по щеке. – Я ненавижу кошек, – задержав руку, она очертила пальцами чувственный рисунок мужских губ.

Взгляд девушки утратил веселость, став серьёзным и

сосредоточенным.

– Я помню, - кивнул он. - Ты рассказывала про котенка в саду

сoседки.

– Серьёзно? Когда это? - oна озадаченно нахмурилась.

–Ночь в музее, - широко улыбнулся Оливер. - Было слишком

много ликера. Ты голая, животом на антикварном столе. Я

сзади, потом ты на коленях…

–Фу,извращуга, – фыркнула девушка, щёлкнув Оливера по

носу.

–Сколько стоили закрытые глаза смотрителя на

разнузданный беспредел,творящийся в историческом

памятнике? - полюбопытствовал он.

–Нисколько, - легкомысленно пожала плечами девушка и

откинулась на спину. - Я переспала с ним после того, как ты

ушел, - добавила небрежным тоном.

–Ты врешь, - усмехнулся Оливер, стискивая пальцами

девичье лицо и разворачивая к себе. Его острый взгляд

пронзительно сверлил в безмятежные посветлевшие до

капуцинового оттенка глаза.

– Как докажешь? – невозмутимо спросила она.

–Я знаю, что ты этого не делала, – он нахмурился, напряжение

заточило высокие окаменевшие скулы. Девушка

неопределенно тряхнула головой.

–Неа, не знаешь, ты хочешь думать, что я этого не делала, –

бесстрашно заявила провокаторша.