Читаем Высокое мастерство полностью

Но жизнь, малютка, нелегка,К богатству, счастью путь крутой,И верь мне — полная рукаКуда сильней руки пустой.Кто поумней — тот бережет,У тех, кто тратит, — нет ума,И уж какой ты сваришь мед,Такой и будешь пить сама.

И как просто и хорошо звучит после этого ответ Бесси:

О да, за деньги не хитроКупить луга, поля, стада,Но золото и сереброНе купят сердца никогда!

И все это переведено удивительно точно. Иногда приходится сталкиваться с мнением, что перевод стихов ни в какое сравнение не может итти с оригинальным творчеством, и находятся еще, к сожалению, поэты, которые на своих собратьев-переводчиков смотрят свысока. Работа Маршака над Бернсом является лучшим доказательством несправедливости подобного рода взглядов. Она показывает нам, что, когда переводчик выбирает близкого себе поэта и работает над ним систематически, переводы становятся неотъемлемой частью его творчества и как бы сливаются с оригинальной поэзией.

Говоря о других английских поэтах творчество которых привлекло внимание Маршака, прежде всего необходимо вспомнить Вильяма Блейка. Маршак опубликовал не так уж много переводов из Блейка, но он изменил ставшее уже привычным представление об этом поэте. Мы увидели земного Блейка, близкого людям, их страданиям, их стремлениям. Причем нужно отметить, что социальное звучание отнюдь не привнесено Маршаком в поэзию Блейка, Маршак совершенно точно в смысловом отношении и поэтически верно передает то, что сказано самим поэтом. Сравним, например, начало стихотворения «Лондон», где у Блейка говорится:

Я блуждаю по улицам, охраняемым Хартией вольностей,Неподалеку от Темзы, охраняемой Хартией вольностей,И на всех лицах я вижу следы,Следы бессилия, следы горя.В каждом возгласе каждого человека,В каждом крике каждого испуганного ребенка,В каждом голосе, в каждом проклятьеЯ слышу звон кандалов, созданных страхом…

И Маршак переводит:

По вольным улицам брожу,У вольной лондонской реки,На всех я лицах нахожуПечать бессилья и тоски.Мне слышатся со всех сторонСтенанья взрослых и детей,Мне чудится тяжелый звонЗаконом созданных цепей…

Мы видим, что все передано с удивительным искусством. Вообще думается, что Маршак уловил самое существенное в Блейке.

Очень точно и поэтично переданы Маршаком четыре стихотворения о Люси, лучшие из стихов Вордсворта, им переведенных. И здесь заслуга Маршака еще и в том, что своим переводом он заставляет как-то по-новому осмысливать поэзию Вордсворта, переоценивать то обычное представление о поэте, которое сложилось в литературоведении. Вордсворт, известный главным образом как большой мастер пейзажа (что было отмечено еще Пушкиным)[1], предстает перед нами как поэт-патриот, поэт-гуманист. Особенно хороши стихотворения: «К чужим в далекие края» и «Забывшись, думал я во сне». Глубоко трогательна в переводе Маршака прекрасная строфа Вордсворта:

Не опечалит никого,Что Люси больше нет.Но Люси нет — и оттогоТак изменился свет.

В последние годы Маршак обратился к переводам из Байрона. Все выполненные им переводы можно найти в однотомнике. Байрона 1953 года. Из стихотворений-переводов всего больше удались Маршаку «Расставание» и «Ты плачешь» — великолепные образцы лирики Байрона, «Песня греческих повстанцев» и эпиграммы.

В «Песне греческих повстанцев» Маршак сумел передать живое звучание образов древней Эллады, всю жизнь волновавших Байрона. Прекрасны строки:

Спарта, Спарта, к жизни новойПодымайся из руинИ зови к борьбе суровойВольных жителей Афин.Пускай в сердцах воскреснетИ нас объединитГерой бессмертной песни,Спартанец Леонид.

Эпиграммы Байрона, как и эпиграммы Бернса и других поэтов, переданы с большой сатирической силой. Вот одна из них — эпиграмма на самоубийство реакционного британского министра Кестлери:

Зарезался он бритвой, но заранееОн перерезал глотку всей Британии.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
Кланы Америки
Кланы Америки

Геополитическая оперативная аналитика Константина Черемных отличается документальной насыщенностью и глубиной. Ведущий аналитик известного в России «Избор-ского клуба» считает, что сейчас происходит самоликвидация мирового авторитета США в результате конфликта американских кланов — «групп по интересам», расползания «скреп» стратегического аппарата Америки, а также яростного сопротивления «цивилизаций-мишеней».Анализируя этот процесс, динамично разворачивающийся на пространстве от Гонконга до Украины, от Каспия до Карибского региона, автор выстраивает неутешительный прогноз: продолжая катиться по дороге, описывающей нисходящую спираль, мир, после изнурительных кампаний в Сирии, а затем в Ливии, скатится — если сильные мира сего не спохватятся — к третьей и последней мировой войне, для которой в сердце Центразии — Афганистане — готовится поле боя.

Константин Анатольевич Черемных

Публицистика
1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену