Читаем Вырай (СИ) полностью

— Арина, твою маковку, вынь! — Мать шлёпнула дочь по руке. Малышка заревела. — Соску месяц назад отобрали, так она руки в рот сунет, зараза!

— Всё-таки советую съездить в город, в поликлинику, и показаться врачу. Никогда не видела, чтобы тяжёлый бронхит проходил бесследно так быстро. В конце концов, я не доктор, могла и пропустить что-нибудь.

— Ага, само собой. — Пробормотала женщина, застёгивая пуговицы на кофточке ребёнка.

«Никуда она не поедет». — Подумала фельдшер. За полгода работы в деревне девушка поняла, что здесь довольно специфичные пациенты.

Сначала они не обращают внимания на болячки. Потом, когда прижмёт, приходят к фельдшеру, просят «послушать», «глянуть», «померить». Таня слушает, глядит, меряет, и человек уходит довольным, если она назначает попить чай с малиной, делает обезболивающий укол или советует купить какой-нибудь медицинский препарат, продающийся без рецепта. В городскую поликлинику люди стараются не ездить — далеко и много времени теряется.

Вот и эта девочка. Здорова. В город нужно для того, чтобы закрыть больничный. Поскольку ребёнок не ходит в сад, а мать в декрете, вряд ли ребёнок в ближайшее время окажется у медика с высшим образованием.

«А ведь всю эту бумажную канитель можно было упростить. Мама говорила, что раньше фельдшера обладали куда большими полномочиями», — грустно подумала девушка, когда за посетителями закрылась дверь. Не о такой работе она мечтала.

В Красноселье Таня попала неожиданно для себя. Красный диплом предполагал работу на скорой, о чём девушка мечтала с пятого класса. Но страшный зверь по имени «распределение» спутал все планы. Мало того, родители, друзья, остались далеко, в шестистах километрах, и Танечке вечерами было очень одиноко.

Отец, который еле-еле смирился с тем, что дочь не поступила в медицинский университет, а ограничилась средним специальным образованием, после оглашения места работы напился. Мама восприняла всё гораздо спокойней.

— Ничего, доча. — Сказала она. — Не заметишь, как два года пролетит. А потом мы тебе место дома подыщем. Зато какой опыт приобретёшь!

Опыт? Возможно. Но вот с бытом здесь были проблемы. Хорошо хоть, жильё выделили неплохое — маленький старенький домик на окраине. И через два года действительно можно будет уехать к чёртовой матери.

Лишь эти мысли поддерживали девушку целых полгода. Но месяц назад всё изменилось. Появился Он.

Учитель местной школы оказался таким же заложником Системы. Умный, красивый, добрый, самый лучший. Они виделись в деревне несколько раз, но не обращали друг на друга внимания. Пока Макс не заболел, и Тане не пришлось колоть ему антибиотики.

Тогда всё и завертелось.

От приятных мыслей отвлекли — дверь открылась, в кабинет влетела мать двухлетней пациентки.

— Татьяна Петровна, забыла спросить — если Аринка здорова — пить нам дальше антибиотики или выкинуть?

— Вы их сколько принимали? Семь дней? Больше не стоит. И съездите в поликлинику.

— Ага. Ясно, спасибо. — Женщина вышла. До Тани донеслось бурчание:

— Нечего там делать. Только новых микробов нахватаемся. Да и Николаевна сказала, раз лихоманку прогнали, Аринка больше болеть не будет.

Таня закатила глаза — она знала и историю про «лихоманку», и почему Антонина Николаевна, жительница Яблоневки, обладала таким авторитетом. Женщина была кем-то вроде местной народной целительницы и главной конкуренткой официальной медицины.

Две недели назад маленькую Ариночку притащили на приём — с температурой около тридцати девяти и страшными хрипами в лёгких. Таня призвала на помощь всё своё красноречие и убедила маму и бабушку съездить в поликлинику. Там врач назначил лечение, Татьяна стала ходить к ребёнку, чтобы делать уколы и контролировать течение болезни. Особых улучшений не наблюдалось. Девочку опять свозили к врачу, та отменила инъекции и выписала рецепт на другие антибиотики, в таблетках. Видимо, именно тогда Арину показали Николаевне.

Старушка, с которой фельдшер лично не встречалась, ничего плохого не посоветовала — компресс на спину из тёплой картошки, ингаляции с травками. Поэтому Таня не вмешивалась, пока при очередной аускультации не поняла, что нормально, хоть и с хрипами, работает только одно лёгкое. Пришлось в красках описать, чем чревата возможная пневмония.

Мама и бабушка прониклись, даже расплакались. Но ехать в больницу немедленно, чтобы сделать снимок, отказались, сказав, что лучше сделают это утром. Достучаться до женщин не удалось.

Таня не спала всю ночь, переживала за малышку. А на следующий день Арину привели на приём. Девочка, несмотря на бледность, выглядела здоровой. Лёгкие дышали хорошо, температура оказалась нормальной. Ни хрипов, ни кашля — ничего.

Мать рассказала странную историю: