Взгляд крыса упал на страницы Чарователя, на которых уже давно выцвели проступившие ранее буквы. Но последние слова – «Смерть заберёт Семерых» – продолжали стоять у него перед глазами.

– Если у тебя всё получится, ты сделаешь очень важное дело. И ещё я хочу попросить тебя об одной услуге… – сказала чароведа.

– Что угодно, – склонил голову крыс.

– Если у тебя будет возможность, передай Эльде, что она не должна мешать Гаруне зажечь четвёртую искру.

– Я запомню.

– Это очень важно, малыш. Если она помешает, то у нас не останется шансов. Так говорит Чарователь, а он никогда не ошибается.

– Я понял, – серьёзно откликнулся Дик.

– Я тоже должна быть там, в самом центре событий.

– Но зачем, госпожа? Там будет опасно!

– Чарователь предвещает, что Эльда должна увидеть мою слабость, понять, что помощи ждать неоткуда. Только тогда она почувствует свою силу.

– Я тоже хочу быть сильным, – сказал Дик.

– Тогда начнём наш урок. – Чароведа улыбнулась. Глаза её лучились добротой, и маленький крыс вдруг почувствовал себя очень важным.

Он сделает всё, чтобы оправдать доверие этой великой женщины. Даже если он, Змеев хвост, всего-навсего крыса!

<p>Глава четырнадцатая</p><p>Коридоры Истока</p>

Белокрыл сначала не признал Юту, да и сама девочка была очень удивлена, увидев вместо милого весёлого драгоныша взрослого испуганного зверя.

Они долго смотрели друг на друга сквозь прутья решётки.

– Неужели это ты, малыш? – тихо спросила девочка.

Зверь приподнял уши и зарычал. Обессиленно и даже немного жалобно. Глаза его были мутными от долгого сна, в который его погрузили трилистницы. Белокрыл жмурился от слепящих лучей светового шара, направленных прямо на него. Чара, стоящая за спиной девочки, не испытывала жалости.

– Помнишь меня?

Юта опустилась на колени и бесстрашно протянула руку, но зверь отшатнулся. Такой большой, такой сильный, испугался тонкой девичьей руки.

– Тебя мучили, да? Меня можешь не бояться.

Голос девочки дрожал. Она вспоминала сейчас о других экспериментах зелёных. Тех, которыми когда-то так гордилась. Как горячо она защищала их перед всеми, кто высказывал сомнения. Всё это лопнуло, словно мыльный пузырь. Как можно гордиться знанием, полученным с помощью жестокости?

Чара Верига возвышалась над ней, словно башня из камня. Казалось, слёзы, текущие у кого-либо из глаз, эту женщину никак не могут взволновать. Её интересовало только одно: будет ли толк от того, что она привела сюда девчонку с червефермы, или это напрасная трата времени.

– Кажется, он не узнаёт тебя, – сказала она.

– Дайте ему время, – вытерев слёзы, сказала Юта. – Наверное, ему сделали очень больно, не зря же он так боится.

Чара Верига фыркнула и стала со скучающим видом рассматривать соседние вольеры. Да, Белокрыл был на этом уровне Истока не единственным заключённым.

Были и другие.

Юта сосредоточилась на том, чтобы дотянуться до сознания зверя. Она не знала точно, как его успокоить, но её сила должна была сгодиться хоть на что-то хорошее. И девочка попробовала. Сначала услышала большое гулкое сердце, потом ощутила тяжёлое дыхание, потом резь в глазах от яркого света.

– Уберите световой шар, ему больно, – попросила она.

– Что?

– У него болят глаза, они очень чувствительны, ещё и поэтому он нам не доверяет. Уберите свет.

– Ерунда какая-то, – отозвалась женщина, но световой шар пригасила.

– Спасибо, – сказала Юта. И снова обратилась к драгончему: – Так лучше, малыш? Ну да, конечно, так лучше. Помнишь меня?

Белокрыл завозился, недоверчиво шевельнул ноздрями, втянул запах девочки. Тот ему не понравился, зверь сморщил нос и чихнул. Но что-то знакомое в этом запахе он почувствовал.

– Да, это я… Помнишь, мы уже… – Юта старалась говорить ласково. Но она оборвала фразу, вспомнив, что её слушает Верига. Нужно быть очень осторожной, чтобы не выдать себя. Когда-то она спасла этого зверя от смерти, а теперь он помог ей выбраться с ненавистной червефермы. Возможно, он станет ключом к её спасению. Главное, не упустить шанс. – Ну давай, малыш, вспоминай. Мы друзья? Ну как, друзья?

Потом она обернулась и спросила чару Веригу:

– А тут есть что-нибудь, чем можно его угостить?

– Ну разумеется, – махнула рукой женщина. – Вот, в углу ведро с мясом. Возьми, если надо.

– Спасибо, – снова сказала Юта. Она изо всех сил хотела казаться прилежной. Прошла туда, куда указала надсмотрщица, и наткнула на вилы кусок мяса.

«Червеферма исправно поставляет корм», – подумалось ей.

Девочка вернулась к клетке.

– Держи, малыш, наверное, ты проголодался, – сказала она, угощая драгончего. Но тот не сразу отбросил подозрительность. Принимать пищу из рук врагов он явно не собирался. Но и голод давал знать о себе. Юта видела, что её запах кажется ему знакомым, хоть сейчас к нему примешивались настораживающие и ненавистные запахи Живых Садов.

Белокрыл ещё раз принюхался и сдался. Рывком сдёрнул кусок мяса и проглотил в одно мгновенье.

– Ему не будет плохо, если я дам ещё? – спросила Юта.

– Не будет, не переживай об этом, – ответила Верига, скептически глядя на зверя. – Мы не морили его голодом.

Юта наткнула ещё порцию.